— Вообще-то было бы неплохо держать этих парней рядом…
Только не сейчас!
— Я могу помочь! Я…я была медсестрой…
Никто не собирался отступать и сдаваться, хоть и для Карата это было не больше чем забавой, чтобы скрасить время в ожидании нового выпада или колкости, когда его губы вдруг растянулись в хищной заигрывающей улыбке, и мужчина вдруг подался вперед плавно, но пугающе, упираясь локтями в колени и облизываясь, прежде чем промурлыкать, опасно, но заманчиво сверкнув своими хитрыми глазищами:
Стоило моей груди оказаться между его губ, и больше я не думала ни о чем!
— В любом случае что сделано, то сделано! Когда дети придут в себя, то возможно узнаем хоть что-нибудь…даже если я не понимаю, зачем нам это нужно.
— Какой смысл говорить неправду, если вы это почувствуете раньше, чем я скажу?
Эти двое словно затеяли игру кто кого пересмотрит, когда мне казалось уже через пару секунд, что в комнате от такого накала эмоций с двух сторон скоро раздастся треск, и пойдут самые настоящие молнии до потолка!
— Лютый, заткнись уже, пока не вытекли все остатки крови!! Ты глянь какой начитанный стал, мать твою медведицу об угол! Я половину твоих слов не понимаю теперь.
— Чего?
— Скажи спасибо Палачам, что ты чуточку болеешь, иначе я бы тебе кое что вырвал прямо здесь и сейчас!
Но самым главным было то, что теперь я чувствовала себя так спокойно и хорошо, словно прошла какое-то посвящение в жены Беров этой удивительной большой семьи и теперь смогла стать ее частью.
Удивительное, теплое чувство, от которого на душе становилось легко и хорошо.
— Я люблю разнообразие, — как ни в чем не бывало ответил Карат, легко поддерживая светскую беседу и не торопясь говорить о главном, явно неспеша и со знанием дела, играя на моих нервах. Красиво, виртуозно.
Спальня, куда положили Лютого была закрыта, но я ощутила тонкий аромат Златы, чуть улыбнувшись и чувствуя с ней какое-то особенное единение.
— Догадываюсь.
— Волшебно, — широко улыбнулась я, думая о том, что начало положено, а дальше будет много сладких и страстных моментов, когда никакие преграды мира уже не смогут встать между нами, потому что теперь я была с его меткой.
Когда мне казалось, что жизнь налаживается и становится спокойной, обязательно случалось что-то, отчего я снова стояла на коленях, не в силах найти в себе силы, чтобы подняться на ноги.
