— Руки не распускать! — шикнула я, все таки с демонстративным недовольством прошлепав до кровати и цветущего Янтаря, чтобы шлепнуться как блин со сковородки на кровать под его большой, теплый благоухающий бок, поворачиваясь спиной, и сонно потыкав пальчиком вниз, на его бедра, — …и дружка своего тоже держи при себе!
И так «казалось» мне пару десятков раз, за которые я просто вспотела и выбилась из сил, но продолжала упорно скрипеть зубами и махать своими онемевшими руками из стороны в сторону.
Его теплая большая ладонь легко и мягко погладила меня по плечу, когда я вздрогнула, окончательно выдавая себя, даже если в очередной раз поняла, что обвести его вокруг пальца не получится.
— Твоего дедушку?
Ох, нет! Мои мысли до добра определенно не доведут!
Если сказала, что двину — значит, двину так, чтобы из его солнечных глаз полетели солнечные птички!"
"Я пыталась подскочить с затекших ног, покачнувшись и чуть не рухнула обратно, если бы не горячая волосатая ручища, которая легко подхватила и аккуратно поставила меня на ноги.
Может это какая-нибудь сестра троюродного дяди по линии двоюродного дедушки со стороны мамы-медведицы? Восьмая вода на киселе, но родственница, а не возможная покусительница на чью-то печёнку и член.
Я только успела взять бутылочку и закинуть дров на раскаленные угли в печке, чтобы поскорее нагреть воды и развести молочную смесь для крошки, когда Янтарь уже вернулся, и приволок обмороженного кабанчика, который терпеливо ждал своего часа, пробасив:
Но мало мне было этих проблем, так еще и из моей шальной головы никак не выходил образ той рыжеволосой высокой девушки, которая в наглую увела моего Бера!
— Прадеда.
И даже если с тех пор в нашем роду все Берсерки были рождены одними медведицами, у каждого рожденного Бера ее глаза.
— Вот сейчас принесу сковородку, и сам узнаешь!
Как же сладко было рядом с ним!
Прямиком ТУДА!
И все было бы не так волнительно и страшно, если бы он не смотрел так обволакивающе…и не был при этом весьма очевидно возбужден!
Но в этот раз повела себя глупо и самонадеянно, надеясь на того, кого совершенно не знала, словно оставляя ему под порогом дома приглашение на еще один визит.
— Еще чего!
Слушайте, а можно сопротивляться тому, на чем сошелся белый свет?..
— Не мясом. Растопи этот жир и добавь немного в молоко. Молчун будет сытым, довольным и спокойным.
