Янтарь (СИ)

— Просто скажите, он жив?…

— Что за вопросы! — рявкнул Карат снова, принявшись всех буквально заталкивать куда-то вперед, где видимо и был тот самый зал, куда нас приглашала бойкая беременная крошка, и сейчас продолжая находиться на руках вероятней всего своего мужа, — Еще как жив! Но вернется не совсем здоровым."

"Не знаю, кто из девушек охнул, но точно не блондинка, которая скованно шла за отцом, глядя, словно в пустоту, когда я не была уверена, что она в принципе слышала кто и о чем говорил, полностью погрузившись в себя, утопая в своей боли и беспомощности, которая терзала всех, но ее больнее всего.

Я чувствовала себя просто ужасно. так плохо, что не смогла бы передать ни словами, ни жестами, горя сейчас только одним искренним желанием — подойти к жене того, кто взял мою вину на себя, бесстрашно отправившись вместе с братом, и обнять ее крепко-крепко!

Обнять так, чтобы все наши слезы и страдания за любимых мужчин стали единым. не делясь больше пополам. ведь так поступают в большой дружной семье?

Решилась бы на такой шаг?

Не знаю…я даже дышала с трудом, когда Сумрак осторожно посадил меня на одно из кресел, пока я от стыда не поднимала глаз, но отчаянно прислушивалась к каждому приглушенному голосу, особенно к тому, что говорил Карат, присаживаясь на корточки рядом с блондинкой:

— Злата, ты ведь умная девочка и прекрасно знаешь своего упрямого Бера.

Мне не нужно было даже поднимать ресниц. чтобы понять, что все покосились на меня, когда снова воцарилась тишина. Смущенная, напряженная, дрожащая от общего нервного напряжения, которое словно собиралось под высоким деревянным потолком. подобно грозовой туче, которая вот-вот должна была шарахнуть.

И прямо по мне.

— Ты не ранена? — раздался в этой тишине голосок беременной девушки. и снова разлилась тишина, пока она не выдохнула осторожно.

Господи, лучше бы она подошла ко мне и ударила!

Дала пощечину или вынесла кулачком передние зубы, чтобы боль в душе стала хоть немного меньше, а стыд перед этой большой сплоченной семьей не душил изнутри. отбирая последние крохи воздуха пока я кусала губы, боясь. что разрыдаюсь прямо сейчас.

Как бы я хотела быть такой, как жена Лютого!

Гордой, сильной, холодной, но истинной королевой своего верного сильного мужа.