Сможет мучить ее медленно, пока она не станет молить о пощаде.
Но это в следующий раз.
Сейчас Кадар не собирался растягивать удовольствие.
Он не спешил присоединиться к ней, но Эмбер читала по его глазам, что предложенный ею сценарий ему нравится. И весьма.
В эту минуту она чувствовала себя как никогда уязвимой, но впервые к ее возбуждению примешивался страх.
Что заставило ее предложить Кадару то, чего она раньше никогда не пробовала? Ведь она практически не знает его. Почему она ему доверяет? Почему сама предложила такую игру, в которой целиком зависит от него?
Но мысли об этом испарились под наплывом новых ощущений.
Соски Эмбер превратились в твердые бутончики, пока Кадар изучал ее тело обжигающим взглядом.
Он коснулся ее рукой, и дыхание со свистом вырвалось сквозь ее стиснутые зубы. Он улыбнулся, пробегая пальцами по ставшей гиперчувствительной нежной коже.
– Что ты хочешь? – спросил он.
– Тебя! – скорее выдохнула, чем проговорила Эмбер. – Я хочу почувствовать тебя внутри. Я хочу, чтобы ты перестал меня мучить и занялся делом!
Улыбка Кадара стала шире.
– Ты слишком дерзка для пленницы. Может, оставить тебя одну, чтобы ты подумала над своим поведением?
– Только попробуй! – пригрозила она.
Кадар рассмеялся. Невероятно, но Эмбер могла заставить его смеяться, хотя он уже с трудом сдерживал себя.
– Ну, если ты настаиваешь… Думаю, я бы мог проявить милосердие.
Он лег между ее бедер, взял в рот один сосок, осторожно перекатывая его между зубами и поглаживая языком, затем другой, после чего прильнул к ее губам.
Его горячий язык вторгся в рот Эмбер и заставил ее язык начать ответный интимный танец. Ее соски задевали грудь Кадара, пока она, выгнув спину, искала большего. Да, она хотела именно этого – чувствовать его своей грудью. Заниматься с ним любовью лицом к лицу.
Желание освободить руки становилось все сильнее, Эмбер извивалась, ей хотелось прижать Кадара к себе, но галстук не позволял. Однако она все же получила то, чего жаждала, когда он вошел в нее одним уверенным сильным толчком.
Голова женщины запрокинулась, и она забыла о связанных запястьях, потому что тело стремилось совсем к другой свободе.
И каждым своим движением Кадар приближал ее к этому. Конец пути был предопределен – абсолютный экстаз.
Об этом свидетельствовал ее крик, в котором прозвучало имя Кадара, а затем Эмбер послышалось ее имя, и это был самый дорогой подарок.
Понадобилось довольно много времени, прежде чем Эмбер почувствовала, что вернулась в этот мир.
