По изначальному плану, вал и ров должны были прерываться в трёх местах, где поставили бы ворота. Так вот, этих трёх въездов не было. Полукруг защитных сооружений оказался сплошным. И лишь в двух местах через ров перекинули подъёмные мосты. Толстые канаты уходили к огромным столбам, исчезая где-то за насыпью.
Ров был выкопан глубиной метров в пять-шесть. Вал — такой же высоты, но его внешняя сторона стояла почти вертикально. В общем, это были своего рода земляные стены для города. Если бы ещё сверху нормальную стену построить — Алтарное и вовсе бы превратилось в неприступную крепость.
Но, судя по тому, что никаких работ не велось — сейчас на это не было ни времени, ни людей, ни ресурсов.
Второе, что бросалось в глаза — строительные работы в самом городе. И строили теперь не из палок и листьев, а из того самого кирпича. Только фундамент закладывали из валунов, скреплённых раствором. Но было видно, что с фундаментом не особо стараются. Значит, никто не рассчитывает, что здания долго простоят.
А наша группа наконец-то превратилась в маленький форт.
Трёхметровая стена окружала весь лагерь. И даже была сделана своеобразная надвратная башня: правда, ворот пока не было. Зато на стене имелись зубцы, за которыми мелькали лица дозорных. Впрочем, таких крепостей в Алтарном появилось несколько штук. И все во внешнем городе.
Но можно ли было его сейчас назвать «внешним»? Что-то мне подсказывало, что внешний город теперь ниже. А наш стал каким-нибудь «средним».
Народу в Алтарном тоже прибавилось.
Множество шалашей, сарайчиков и навесов покрывали всё пространство за валом. И там тоже курились дымы, но уже от костров.
Так что… Если звание культурного центра и было присвоено Алтарному авансом, то наши роботизированные кураторы должны сейчас очень радоваться. Прямо вот очень-очень.
Дневник Листова И. А.
Двести сороковой день. Тяжкие думы Дмитрия Ивановича.
— Новости знаешь? — угрюмо уточнил Кукушкин, который заметно взбледнул за последние дни.
Он сидел за настоящим деревянным столом.
Правда, по-прежнему на пластиковом стуле, на который накидали каких-то подушек для пущего удобства. Зато у него был настоящий кабинет! И это была единственная достроенная комната в будущей мэрии.
— Подозреваю, что не все… — признался я, удобно устраиваясь на стуле для посетителей. — Знаю про налог. И даже догадываюсь, на что ты копишь. На комплекс репликации. Ещё знаю, что могу ввести налог в фактории. И про планы строительства слышал. А на этом — всё.
