Японская война 1904. Книга четвертая

Награда — это как точка, как закрытый гештальт, как признание того, что ты все делал верно… Вот и сейчас, осознав, что именно их может ждать, Буденный с Врангелем как-то разом начали зевать. Напускная энергия и бодрость исчезли без следа, и это хорошо… У нас сейчас пауза, время отдыхать, и чем больше наших сможет это осознать и восстановиться перед новыми битвами, тем лучше.

* * *Мелехов возвращался в Инкоу на поезде через Дашичао в отдельном вагоне, который только ради него и прицепили к составу.

Павел Анастасович предпочел бы руководить подготовкой оборонительных рубежей у Цзиньчжоу, но генерал сказал, что с этим справятся и его офицеры… Страшные слова, которые так легко принять за намек, что сам ты уже совсем не нужен. Вот только рядом с Макаровым подобные мысли казались лишь глупостью. Ну, какое не нужен, когда вокруг столько важных дел! И каждому достанется то, что именно ему будет по плечу.

— Приехать, организовать расширение производства… — бормотал про себя Мелехов, пытаясь сложить все, что нужно сделать, хоть в какое-то подобие плана.

— Павел Анастасович, разрешите вопрос? — к Мелехову подошел один из инженеров, которых выбил ему в помощь Макаров.

Владимир Гадолин, сын самого Акселя Гадолина, который от изучения кристаллографии плавно перешел к способам укрепления металлов и расчетам крепости стволов для русской артиллерии.

— Разрешаю, — кивнул Мелехов.

— Это правда, — молодой инженер пучил глаза от волнения, — что государь выделил Инкоу генералу Макарову, разрешив открыть там любые производства?

— Верно.

— То есть меня и всех остальных, — Владимир обвел рукой десяток насупленных мужчин, сидящих чуть в стороне, — сняли с линии фронта, где именно мы помогали саперам прорывать японские укрепления, чтобы… Чтобы генерал просто побыстрее разобрался со своим хозяйством⁈

Мелехов несколько раз тяжело вздохнул.

— Вы помогали саперам прорвать японскую оборону? — хриплым от злости голосом переспросил Мелехов.