Японская война 1904. Книга четвертая

Я мысленно кивнул, вспоминая самую известную воздушную катастрофу первой половины 20 века. Объятый пламенем дирижабль «Гинденбург». Когда-то мне казалось, что подобный взрыв просто не мог не случиться, а теперь… Действительно, ведь на тех знаменитых кадрах «Гинденбург» уже замер у причальной мачты. Получается, случайность, в которой совпало сразу несколько довольно редких факторов. Ну или злой умысел, но чего сейчас гадать…

Кованько тем временем рассказал, что по результатам тех испытаний даже начали проектировать специальную 76-миллиметровую пушку со стоячим лафетом для воздушных целей.

Афанасьев согласился, что с такой действительно будет проще работать по шарам, особенно в движении. Ну, а потом мы плавно перешли к тому, как с учетом всех этих факторов использовать наше новое оружие.

Да, оно получилось не совершенным, не идеальным. Но а кто на войне может таким похвастаться? Для всего есть свои контрмеры, и теперь нам просто нужно было придумать, как сделать так, чтобы японские против нас не сработали.

Ну или сработали, но недостаточно быстро. На самом деле ничего сложного: когда это стало понятно, решения начали появляться одно за другим. И уже через час я больше не сомневался, что в следующем бою наша разведка сможет выйти на новый уровень.

* * *Ганс Брюммер считал снаряды и думал об искусстве. В 1871 году Василий Васильевич Верещагин написал картину «Апофеоз войны», ту самую с горой черепов в безжизненной степи. Кто-то посчитал это просто впечатлениями от истории Тамерлана после поездок художника в Туркестан, кто-то справедливо указал, что это итог вообще любой войны… И сам Брюммер был согласен с последними.

Все-таки 1871 год — это год, когда Пруссия разгромила Францию, когда стало понятно, что в Европе появился новый большой хищник, который жаждет крови. Тогда же Верещагин предсказал новые войны, новые смерти, причем не побоялся показать свою картину сразу на выставке в Мюнхене."

"И сейчас, 33 года спустя, Брюммер, который тоже когда-то любил рисовать, чувствовал что-то похожее.

Тоже появление нового хищника, тоже запах крови в воздухе, но в то же время уже не как простой человек, а как военный, он не мог не посмотреть на происходящее еще с одной стороны. Апофеоз войны — это тела и смерти, но в то же время апофеоз войны — это еще и совершенная тактика, которая приносит мир в твой дом. И то, что он, Брюммер, и другие командиры 2-го Сибирского, отправленные по следам японцев, делали в последние две недели, тоже было тем самым апофеозом.