— Не рискованно? — нахмурился Огинский. — Все-таки это могли бы оказаться и наши броневики.
— Ты же знаешь темпы обучения и подготовки инфраструктуры. Мы в месяц больше 200 машин с новой сборочной линии, о которых Анна тактично умолчала, все равно освоить не сможем.
— Но все равно… Враг-то станет сильнее.
— Враг так хотел получить свое, что был вынужден заключить контракт на три года по фиксированной цене. Да, в ближайшие пару месяцев это усилит англичан, а через них и японцев. Зато все остальное время будет тянуть из них соки! «Артуры» уже к марту подешевеют, к лету устареют, а англичане будут платить за них до 1908 года!
— Платить и спонсировать наши новые разработки.
— Именно! — я кивнул.
Про себя я еще раз прикинул сроки: даже первая партия английских «Артуров» не должна была успеть до японского наступления. А потом… Если мы все сделаем правильно, это не будет иметь никакого значения!
Глава 24
Отряд младшего унтер-офицера Палкина снова закопался под землю. Только если до этого они отслеживали перемещение японцев на позициях южнее Кэсона, то теперь их кинули на восток.
Редкие деревни, полное отсутствие дорог — по такой земле нельзя было провести армию, это всем известно, но полковник Корнилов подстраховался и все же разместил с этой стороны несколько десятков секретов.
Январь в Корее — это самый холодный месяц в году: ночью температура опускалась порой до минус восьми градусов, днем поднималась до минус двух. Копать было тяжеловато, зато хотя бы метелей не было, а снег если и шел, то сухой и легкий.
Один раз все запорошило как раз после того, как они закончили копать, и это очень удачно скрыло все следы. Словно подарок на подступающее Крещение.
— Савва, через пять минут контрольный отзвон в центр, — напомнил Палкин.
После того, как японцы навалились на них в прошлый раз, обрезав почти все линии связи, полковник Корнилов внес изменения в устав. Теперь сидящие в засаде отряды должны были регулярно выходить на связь, подтверждая, что у них все хорошо. Не вышли вовремя — и уже без всяких сигналов в центре поймут, что японец близко.
— Савва! — снова позвал Палкин, увидев, что его солдат парит где-то в своих мыслях. — Актер, проснись!
— Да не актер я! — встрепенулся Савва.
— Актер-актер, — довольно закивал Михал. — Кто так ловко свалился и притворился мертвым, что даже японцы поверили, будто достали тебя?
— Все верно, — согласился Палкин. — Вот закончится война, всей разведкой скинемся и отправим тебя учиться дальше.
