Японская война 1904. Книга третья

Поверх их голов пару раз ударил пулемет с «бранобеля», а потом машины развернулись и понеслись назад, а я слушал быстрые доклады:

— Капитан Хорунженков передает, что вторая группа готова к десантированию. «Бранобели» 3 и 4 также вышли на позиции.

— Полковник Мелехов доложил, что укладка новой линии железной дороги в километре от Шахэ начата.

— Японцы начали перегруппировку, подтягивают силы восточнее от места прорыва, — лично доложил Ванновский.

— Значит, в Нандялу, — я нашел на карте соседнюю от точки высадки деревню.

Это было ожидаемо. Мы начинаем прорывать фронт, враг концентрирует силы, чтобы этого не допустить. Можно было бы упереться лоб в лоб или ускориться, чтобы его опередить, но сейчас мы были просто не готовы к новой операции с отрывом от своих. Зато мы могли ударить в еще одной точке, окружая место концентрации японцев. Добавить артиллерию и… просто бить. Пока враг поймет, что мы не прорываемся, а используем момент, чтобы уничтожить как можно больше его солдат — сколько японцев уже падет?

— Поручик Славский ждет приказа, — повернулся ко мне Городов.

— Подтверждаю. Пусть обеспечит нам еще одну точку прорыва.

Я знал, что где-то среди своих скрипит зубами полковник Шереметев, ожидая, когда же придет его очередь высылать подкрепления передовым отрядам. Но рано… Нужно дождаться, чтобы японский коготок увяз как можно крепче. Сражение перед рекой Шахэ[1] началось в треугольнике Чандапу-Нандялу-Чандапуцзы, и теперь от каждого из нас зависело, чем же все это закончится.

"От нас и от новостей, что я так ждал от высланного на восток, аж к самому побережью, разведывательного отряда.

* * *Поручик Славский не должен был лезть на передовую, но после И-Чжоу он просто не смог остаться позади. Как можно просто стоять и смотреть, когда его парни, которых он лично гонял на «бранобелях», вместе со штурмовиками Хорунженкова будут рисковать своими жизнями! И теперь Славскому хотелось верить, что и его участие тоже принесло удачу их отряду.

Как они проскочили прямо до врага! Пули били по броне, несколько листов, кажется, чуть не слетели с креплений, но все выдержало. А как он прошелся пулеметом? Не попал ни в кого… И ведь на тренировках было то же самое — очень сложно выставить прицел после тряски дороги, еще и сверху вниз. Увидев, какую точность они показывали, несмотря на любые тренировки, Славский и вовсе был готов отказаться от верного Максима, но Макаров не дал. И снова оказался прав.