Японская война 1904. Книга третья

Все-таки одно дело честный бой, тогда и потерпеть можно, и совсем другое — когда тебя безнаказанно расстреливают издалека без шанса ответить. К такому мало кто отнесется с пониманием.

Впрочем, несмотря на все маневры, Штакельберг тоже нес потери, и было непонятно, кто дрогнет первым. К счастью, Куропаткин решил не рисковать и двинул в сторону 1-го Сибирского усиление из своего резерва. И пусть 10-й армейский корпус не смог особо помочь огнем, зато добавил уверенности, и это окончательно лишило японцев надежды на успех.

Примерно так же, не очень удачно, прошло наступление и против 3-го корпуса Иванова. Вернее, началось все довольно неплохо для японцев: местность в этой части Ляояна была гористой, и враг смог подобраться к передовым позициям почти вплотную. Причем неожиданно! Если Штакельберг успел встретить подобную атаку пулеметами, то тут наши просто оказались не готовы.

Когда Чернов дочитал только эту часть сообщения, я невольно вспомнил Ялу. Очень похожая ошибка! Тогда японцы точно так же подошли снизу, накопились и одним рывком захватили Тигровый остров.

Но с 3-м корпусом вышло немного по-другому. Как говорится, когда не работают планы, всегда есть место подвигу.

Три японских батальона ударили в штыки по одному, и казалось бы — без шансов. Но тут свою роль сыграли опыт и… размеры. Более высокие и сильные русские солдаты не дали себя рассеять, а потом массой, штыком и крепким словом вынесли самураев со своих позиций. Еще и дали несколько залпов им вслед.

Чуть правее вперед были брошены гвардейские части 1-й армии Куроки, но тоже без особого успеха. Впрочем, они и не старались атаковать: просто вышли на новые позиции и начали окапываться, словно всем своим видом намекая, где завтра будет главный удар.

На этом первый день сражения подошел к концу. И если 17-й корпус с нашего фланга хоть немного поучаствовал в сражении, то вот мы фактически весь день простояли без дела.

— Эх, надо было самим идти в атаку, раз японцам на всех сил не хватило! — Шереметев даже выругался, когда вместе с заходящим солнцем начали откатываться и японцы.

— Приказ, — напомнил я о Куропаткине.

— Когда мы были в походе сами по себе, было проще, — Степан Сергеевич только рукой махнул."

"И надо сказать, многие из моих офицеров были с ним согласны. А вот я… Я начал понимать нашего главнокомандующего. Несмотря на его политические мотивы, действовал он вполне грамотно.