— А если нет?
— Ну, ты совсем не зверствуй, — Макаров улыбнулся. — Пока у нас запас по силам есть, так что прикрой их. А потом уж строй без всякой жалости. Но только если упустят свой шанс.
После Шереметева, который тоже не стал задерживаться до конца и вслед за Мелеховым убыл к своим, очередь дошла до Врангеля. Сотник сначала рассказал о добровольцах, которых с каждым днем становилось все больше.
— Пока в строй поставили только одну новую сотню, — Врангель протянул Макарову свежие списки. — Но на обучении мои ветераны сейчас гоняют еще две.
— Думал, казаков можно без подготовки ставить в строй, — Хорунженков опять не удержался от комментария, но на этот раз его никто не стал прожигать взглядом. Значит, получилось сдержать свое ехидство в рамках.
— В строй можно, но мне нужно, чтобы в случае чего каждый десяток мог действовать самостоятельно. Не просто скакать в строю за командиром, а читать обстановку, ориентироваться в сигналах связи, уметь принимать решения… — Врангель нахмурился.
— Когда можно атаковать врага, когда нельзя. А когда нельзя, но нужно, хоть умереть, но сделать свое дело.
Хорунженков только головой покачал. От былого насмешливого настроя не осталось и следа.
Они сражались вместе с сотнями Врангеля еще под Ялу, и тогда это был совсем другой человек. Самоуверенный, дерзкий, эгоистичный… Теперь же все лишнее слетело, оставив лишь стальной стержень. Хорунженков только сейчас понял, почему все те новенькие казаки остаются у них и каждый день с утра и до самого вечера готовы вкалывать, только чтобы в итоге попасть под руку такого командира.
— Как себя показали новые приспособления для разведчиков? — продолжил свой опрос Макаров.
— Очень хорошо, — тут же подхватил Врангель. — Кошки на сапоги очень хорошо себя показали — с ними и новичок может на любую даже самую крутую сопку забраться за считанные минуты. Упоры для деревьев — тоже просто чудо. Быстро, никаких лишних веревок. Мы уже заказали у китайцев дополнительную партию.
"
"— И мы, — добавил Хорунженков, на котором тоже частично висела задача по разведке окрестностей.
Ему и вправду очень понравились эти новые приспособления. Кошки — это как шпоры, только с тремя когтями и не на пятке, а на носу ботинка. Не нужно — висят на поясе, нужно — надел на ногу, затянул, и вперед. Это было удобно, но, в принципе, не ново. А вот упоры…
Похожие на букву «Ша» они сначала вызывали только смех своей неуклюжей формой.
