Бесконечная волна терактов против консервативных дворян и чиновников — несколько тысяч смертей в год, по несколько взрывов в день, и это в мирное как будто бы время. Почему-то мне казалось, что с преданными офицерами и солдатами за спиной у меня получится сгладить углы и как-то изменить ситуацию. Но нет…
Шереметев, Мелехов, Хорунженков и другие — они спорили, они ругались, но ни один не думал о том, что сила может что-то решить. При том что вот же, пример перед глазами: мы сами пошли вперед, мы взяли шпионов, и стало ли от этого кому-то хуже? Я почти убедил себя в собственной правоте, когда перед глазами встало лицо Казуэ.
И ее слова, что на самом деле заказала нападение на Буденного вовсе не она, а значит… Наша сила тоже ничего не изменила, а только сыграла кому-то на руку. Раздражает!
В общем, на этой волне весь следующий день ушел насмарку, и вечером к Куропаткину я шел в самом настоящем раздрае. Хотелось сорваться — не самое лучшее решение в беседе со своим непосредственным начальником — и только огромным напряжением воли удавалось держать себя в руках.
А тут еще и сам главнокомандующий с ходу задал совсем не тот тон беседе, которого я мог бы ожидать.
— Ну что, Вячеслав Григорьевич, — Куропаткин махнул на чайник, мол, сам наливай. — Я изучил письменные доклады, ваш и ваших офицеров. Давайте разбирать ваши ошибки?
— Ошибки? — нахмурился я, подставляя чашку сначала под заварочник, а потом под кипяток.
— А вы считаете, что их не было? Или что совет более опытного офицера повредит вашей репутации? — Куропаткин откинулся на спинку своего кресла, очень довольный собой.
— Никак нет, готов выслушать и принять все возражения.
— Что ж, тогда начнем с самого простого. После того, как вы захватили две японских канонерки, почему не использовали стоящие на них искровые передатчики, чтобы согласовать свои действия с генералом Стесселем? Уверен, тот бы нашел применение и кораблям, и пушкам, что вы с них сняли…
— Прошу прощения, ваше высокопревосходительство, — я все-таки не выдержал. — Но вы сейчас исходите из одной очень ошибочной вводной.
— Если вы считаете, что на кораблях не было связи или что ее дальности не хватило бы, то зря. Пусть вы даже и не упомянули эту технику среди захваченной, я достаточно хорошо разбираюсь в вопросе, чтобы со всей уверенностью заявить…"
"— Мы не стали использовать японские передатчики вовсе не потому, что их не было, — я покачал головой. — Просто японцы — это совсем не такой простой враг, как нам, возможно, хотелось.
