Глава 30
Гариус
Звуки мужских шагов гулким эхом разносились по темному коридору. Автоматическое освещение иногда вспыхивало ярким холодным светом и тут же гасло, указав одинокому гостю путь к нужной двери."
"Гариус не любил этот морг. И дело было не в едком запахе смерти, пропитавшем местные стены. Ему не нравились сотрудники, занимавшиеся телами умерших. Въедливые ирхи. Дети Смерти. Высокие, худые существа с тонкой бледной кожей и впалыми глазами никогда не покидали своей жуткой обители. Они питались крохами жизни, сохранявшимися в бездыханных телах.
И за это служили артам, рассказывая тайны усопших.
Принц подошел к нужной двери. Серебристая панель отъехала в сторону, открывая перед посетителем помещение со светлыми стенами, керамическим полом и многочисленными стеллажами со стерильными инструментами. Никакой электроники. Только допотопные скальпели, пилы, колбы и несколько коробок с реагентами для химических проб.
– Долгого биения твоему Сердцу, арт. – Из-за плотной ширмы выплыла высокая бледная тень в белом халате.
Беззубый рот скалился в приветственной улыбке. Руки, больше напоминающие ветви сухих деревьев, были сложены за спиной ирха. А глаза, бездушные и почти прозрачные рассматривали одинокого гостя.
– И до вашего могильника дошли новости. – Хмыкнул арт, и прошел к ширме.
Туда, где на железной каталке лежал свежий труп.
– Я вижу как нити ее жизни проникают в тебя, четвертый принц. Еще несколько дней и жизнь Круга будет в руках хрупкой пташки. Приемыша барсов. Дурманящего наваждения золотого Феникса.
– Ирх издал хриплый свистящий звук, грудная клетка задрожала.
Гариус молчал. Ни один мускул на лице принца не дрогнул. Только глаза заволокло черной пеленой. Мужчина ждал, когда у сына Смерти прекратится приступ безудержного веселья и он сможет узнать о том, кто пытался убить его девочку.
– Скоро, совсем скоро, мой арт ваша душа познает настоящий страх. Сладкий, как поцелуй Смерти. Особенная… Сладкое Сердце.
Принц с трудом сдержался, чтобы не схватить сытого ирха за горло и не бросить на съедение собственных сородичей.
Нельзя. Его нельзя было трогать. Чтобы не нарушить вековой договор. Не подвергнуть опасности ту, которая уже стала дороже жизни. Дороже Круга. Ирх все это чувствовал. Это существо, древнее как сама смерть, нельзя было обмануть напускным безразличием или ментальными щитами.
– Ближе к делу.
Сопровождение с собой арт не брал. Обычные жители Ярса с трудом переносили присутствие этих существ.
