И случайно считала мыслеобразы Айсера."
"Арты отпираться не стали. Не успокаивали, не юлили, рассказали все честно. За что им и огромное спасибо. Фактически я его убила. Не сознательно, конечно. Так получилось. Но убила. И не могу сказать, что испытывала чувство вины по этому поводу.
Осознание, что отобрала жизнь у разумного существа, пришло сразу. Но я не жалела. И это меня пугало. А еще, последние сутки мучало странное предчувствие. Еще не ясное. До конца не сформировавшееся.
– Дала клятву?
– Нет.
– Тогда не вижу препятствий.
– Как-нибудь при встрече. – Пообещала другу. – Лучше расскажи новости. Птички еще не все разлетелись?
Арчи закатил глаза и начал чирикать как воробей на ветке. Кто куда улетел, кто с кем переспал, кто кого купил, а потом вернул. В общем, жизнь моего странного друга кипела. И я постепенно успокаивалась. Хотя, если бы знала, как сложатся следующие несколько недель, не была бы такой беспечной.
Арты
Трое расположились в тесном кабинете. Два кресла, узкий письменный стол. Несколько стеллажей с пластиковыми папками.
– Сколько у нас времени? – Спросил Айрен, открывая одну из папок.
– Чем скорее найдем, тем крепче будем спать. – Сухо ответил принц, засовывая тревогу в самый дальний угол подсознания. Чтобы не мешала побратимам работать.
– Если нападение на Ярославу не связано с нами, нужно искать мотив. Так просто не найдем.
– Найдем, если поймем, как удалось усилить проклятье. Но, – принц бросил короткий взгляд на Айрена, – ты прав. Нужен мотив. А его, если исключить нашу связь, нет.
Побратимы молча взялись за работу. Пластиковые папки одна за другой ложились на стол и после тщательного изучения возвращались на полки. Ничего полезного найти не удавалось. Но азарт дознавателя уже кипел в крови.
Ярослава
– От тебя пахнет тревогой.
Картэн протянул мне руку и помог подняться с мата.
– Ты только что отмутузил меня, как котенка. Конечно, я пахну тревогой.
– Ты и есть котенок. – Рыкнул Барс. – И не умеешь врать.
– Просто не хочу это обсуждать.
Картэн кивнул, набросил на шею полотенце и подтолкнул меня к выходу.
Я по-прежнему не могла справиться с барсом в честном поединке. Но уже не хитрила. Надеялась, что если смогу устоять в неравном бою с альфой хотя бы десять минут, уже смогу справиться почти с любым монстром.
Пока меня хватало на минуту. Потом оказывалась прижата к матам, моля о пощаде. Барс не щадил. Заставлял пищать, выкручиваться, отбивать руки о мягкое антибактериальное покрытие тренировочного настила.
