Быстрая ходьба, горячая рука провожатого и теплый воздух постепенно делали свое дело. Мысли об обморожении, ампутации конечностей и скорую смерть пока отступили на второй план. Появилась надежда отделаться простудой.
– Порог.
Снова ожил голос. Не знаю, сколько мы шли. Внутренние часы отказывались работать. Может, десять минут. Может двадцать. Или час. Я успела устать. В боку кололо. Ноги ныли. Легкие горели. Было это связано с усталостью или с переохлаждением, не знаю.
Через какое-то время начала путаться в поворотах.
Задумалась, не водит ли меня таинственный провожатый по кругу. Точно помню участок из десяти ступеней вверх, длинного пролета и двух левых поворотов. Наверное, так оно и было. Похититель пытался перестраховаться. Неужели думает, что я захочу вернуться в морозилку? Или тянет время?
Нет, возвращаться в холод не хотела. Но маршрут пыталась запомнить. Это отвлекало от вонючего мешка на голове. И нехватки кислорода.
– Сядь!
Приказ отдала женщина. Села. Под попой оказалась жесткая поверхность.
Стул или лавка? Неважно. Главное, что поверхность была теплой. Несколько минут ничего не происходило. Стояла звенящая тишина. Расслабила плечи. Постаралась сосредоточиться. Рано или поздно мешок должны снять. Но никто не спешил этого делать. Только шаркающие шаги давали понять, я не одна.
– Зачем меня похитили? – Спросила и не узнала собственного голоса.
Я осипла, горло драло теркой. Глаза заслезились. Отвечать мне не спешили. Зато добавились вторые шаги. Женские. Звук удара тонкой шпильки о плитку ни с чем не спутать.
– Это она? – Второй голос тоже был женским. Ответа не последовало. – Свет Феникса? Сердце Круга? Интересно.
Мне тоже было интересно. Очень интересно. Уже подумала, воспользоваться свободными руками и стянуть с себя этот треклятый мешок. Вот только руки отказывались слушаться. И ноги, кажется, тоже. Тело парализовало. Мешок исчез. В лицо ударил яркий свет.
Глаза долго привыкали к яркому освещению и слезились. Хотелось их потереть. Вот только руки по-прежнему не реагировали на команды мозга.
Все, что я могла делать – моргать и говорить.
Хорошенько проморгавшись увидела перед собой расплывчатый силуэт высокой женщины. Постепенно образ обретал четкость. Минут через десять, или пятнадцать, смогла рассмотреть похитителей.
Если мерить земными мерками, женщине было далеко за тридцать. И магией она не обладала. Магессы, даже слабые, обладали другой аурой. Она у них всегда цельная, насыщенная, ни на что не похожая.
