И из Элинской империи или любого другого государства нам их не достать.
— Вы хотите, чтобы мы вернулись в Славянскую империю? Зачем? — стал задавать вопросы я. Последние слова я почти выкрикнул. Контраст разговора резко поменялся, и я не ожидал этого.
Тогда Анри и Зес повернулись в сторону восходящего солнца, давая мне успокоиться. Я смотрел на них. Их спины склонились над бортом корабля. Они молчали. Я встал рядом с ними, также смотря на горизонт.
— Потому что мы не знаем кто твои враги! Ты же не думаешь, что Долгорукова сама решила убить тебя? — и не давая мне ответить, граф продолжил.
— Нет, она исполнитель. А заказчик находится в Славянской империи. Поэтому мы и хотим, чтобы ты рассказал нам о себе.
— И что тогда? Расскажу я вам о своей жизни, и что? Вы поедете в чужую страну наводить разборки?
— Как-как ты сказал? — усмехнулся Ля Фисто. — Наводить разборки? Какое интересное выражение, отражающее всю суть. Нет, Ярар, мы хотим поехать вместе и разобраться во всём.
Я посмотрел на них.
— Вы с ума сошли? Мои родители Де Тьер! У отца собственная армия, с которой он берёт неприступные крепости, и отражает нападения вольных баронств.
— Так ты всё-таки думаешь, что родители хотят твоей смерти? — спросил граф.
— Я не знаю! — воскликнул я.
— Вот поэтому мы и просим тебя рассказать, что было до твоего похищения. Ты же не будешь сомневаться, что по части сбора информации у меня больше опыта, чем у тебя? — спросил граф.
Крыть мне было нечем. Помощь мне в любом случае не помешает.
И я начал свой рассказ со дня, когда началось путешествие по землям рода Тьер.
* * *Граф смотрел на спину удаляющегося мальчика. Рядом с ним стоял Зес. На удивление обоих они очень быстро нашли общий язык. А всё началось с того, что вчера вечером они оба проснулись в каюте. Когда они осмотрелись, увидели спящего на своей койке Ярара.
Граф тихонько открыл сундук, в котором хранил свои вещи, и достал оттуда бутылку коньяка. Он посмотрел в сторону Зеса, показал на коньяк и пальцем указал на дверь.
Зес кивнул и одевшись оба вышли на палубу.
На палубе было несколько матросов, с которыми сидел капитан корабля. Небольшой компанией они приговорили бутылку, и во время разговора узнали подробности, которые произошли после сражения.
После этого Ля Фисто с Зесом, прихватив с собой Акакия, пошли смотреть состояние прооперированных больных. Осмотрев раны, граф пришёл в недоумение. Ему не приходилось слышать, чтобы после таких ранений выживали.
