А я облегченно откинулся на подушку.
— Ярар, ответь, когда тебя похитили?
— Когда я возвращался со школы. Телохранителей атаковали маги. Они не продержались даже минуты. Лошадь подо мной сразу пала. И потом был долгий путь на запад. Дальнейшее ты могла узнать от остальных.
Было видно, что из Елены словно выбили стержень. Вся маска холода и спокойствия треснула, и она разрыдалась. Когда она успокоилась, мы проговорили несколько часов. Елена рассказала, что, когда ей сообщили о моём задержании, допросы остальных только начались.
И она шла посмотреть мне в глаза. Она шла за ОТВЕТОМ зачем я вернулся. Думаю, если бы он ей не понравился, я бы не вышел из камеры. Но когда она очнулась, ей дали прочитать допросы остальных, и она не поверила своим глазам. Всё, во что она верила, всё, чему она стала свидетелем, было неправдой.
Немного позже к нам присоединился князь Орлов, которого я встретил настороженно. Но он не проявил по отношению ко мне агрессии, как до этого было в камере.
Он рассказал, что его сотрудники нашли тело морфа, спрятанное в бочке с ромом.
Орлов скривился, когда я спросил, как те службу несут, раз не могут найти тело на небольшом корабле. Ну не мог я не поддеть князя, после того, как он чуть не поджарил мне мозг.
В основном со мной разговаривала Елена. А князь Орлов внимательно нас слушал, и изредка задавал уточняющие вопросы. При этом, у меня не возникало ощущения, что меня допрашивают, скорее это выглядело как беседа старых приятелей.
— Понимаешь, Ярар, даже когда я выслушала показания Ля Фисто, Зеса и графини Крианс, не могла поверить, что ты ни в чём не виноват.
У меня до сих пор стоит перед глазами картина, где ты стоишь на коленях перед Талием и рассказываешь, как всех ненавидишь. Я не знаю почему заступилась тогда за то существо, что было тобой. Но …, - сделала паузу, потом всхлипнула, снова наводя сырость, — ты совершил чудо, когда воскресил Ярину. И я не могла дать тебя убить собственному отцу.
Я положил на её руку свою.
— Это был не я, Лена, — и тяжело сглотнув, продолжил, — я уже к тому времени был рабом.
Безвольной куклой…"
"— Молчи! — рыдая сказала она. — Я не смогу ещё раз слушать о том, что тебе пришлось вынести! Зес очень много смог вспомнить о твоём рабстве. Но теперь это в прошлом!
Когда Долгорукова немного успокоилась, князь дал о тебе знать.
— В принципе у меня вопросов почти не осталось, юный Де Тьер, — с лёгким поклоном, сказал Орлов. — А теперь я вас оставлю. Мне нужно идти на доклад.
