И если понимает, что за ним наблюдают, то надевает на себя маску ребенка.
— О чём вы говорите? — спросила Эмери.
Талий кивнул Михаилу, чтобы тот ответил на вопрос его супруги.
— Я и Талий попросили специалистов одного очень узкого профиля проверить Ярара. Они сделали прогноз по формируемому характеру.
— И что же в итоге они сказали? Есть хоть какая-то конкретика? — спросил Талий.
— Хорошо, я постараюсь объяснить. Ярар в принципе неплохо относится к детям в целом. Когда его специально оставляли с близнецами, почти все сказали, что он возится с ними не потому что ему так хочется, а будто его кто-то заставляет, — и увидев задумчивые лица родителей, продолжил, — но также они сказали, что никаких признаков агрессии или зависти по отношению к ним нет.
Он не жаден, но это неудивительно, потому что всё что нужно, у него есть. Очень ценит дружбу с Артёмом, но душу перед ним не изливает. Чаще слушает, чем говорит. Усерден, ответственен, дисциплинирован, справедливый и трудолюбивый.
— Не понимаю, — с сомнением в голосе, сказал Талий, — почему тогда аналитики не смогли дать определенного ответа.
— Талий, потому что ребенок восьми лет не может быть настолько идеальным. Посмотри на других детей! Они играют, мараются капризничают разбрасывают вещи направо и налево. А что делает Ярар? — достаточно эмоционально выразил свою мысль Михаил.
Эмери спросила.
— Михаил, какой ты можешь сделать вывод? Думаешь это всё игра? И …
— Нет, леди. Я учу вашего сына с самого детства. Он не жесток. Думаю, он просто очень умный.
И вам с ним повезло."
"— То есть, ты хочешь сказать, что он гений? — спросил Талий
— Нее, — не задумываясь сказал Михаил. — Он просто умный. А где не может взять умом берёт усидчивостью. Но, если вы спросите моего мнения, — сказал он глядя на обоих родителей, — вам бы и впрямь нужно быть помягче с Яраром. А также уделять ему побольше времени.
Эмери тут же спросила.
— Что ты этим хочешь сказать?
— Он тянется к вам. Все его достижения в учебе вы воспринимаете, как нечто само собой разумеющееся.
А то, что он постоянно учится, даже в свободное время, вы не замечаете. Как вы считаете, ребенок восьми лет хочет доказать что-то себе? Или может всё-таки родителям?
— О, стихии! — воскликнула Эмери прикрыв рот. — Мы ужасные родители!
— Дорогая, что ты такое говоришь?! — стал успокаивать Талий, подходя к плачущей жене и укоризненно смотря на Михаила. — Вот видишь, а ты на Мишу сердилась, а он вон как вовремя указал нам на наш прокол.
