Врач выругался, и вылив какую-то вонючую жидкость на ткань, прислонил её к моему лицу. «Хлороформ», — подумал я, и сразу же уснул.
***
Саид Эль Саул.
По возвращении домой Саид удивился тому, что его никто не встречает. Обычно жизнерадостная Шайне первой бежала к воротам, чтобы посмотреть, что он ей купил. И то, что она не бежала его встречать, неприятным звоночком прозвучало в его голове. Первой его мыслью было, что именно с его единственной дочерью, единственным ребенком, что-то произошло. Подозвав первого попавшегося стражника он узнал, что Аркана заперта в своей комнате по приказу Захры.
А Шайне находится у второй его супруги Ерби.
«Неужели Захра узнала про гребень?» — подумал Саид. Это было единственное объяснение, которое он мог найти поведению его старшей жены. Саид до сих пор не мог принять решение как поступить с Арканой. Ведь именно она принесла в дом этот гребень сказав, что это семейный целительский артефакт, который нужно носить во время беременности. Именно из-за него у его первых двух жён не родилось ни одного живого ребенка.
Пять выкидышей и все на позднем сроке. В определенных кругах уже шли слухи, что его семья проклята. С ним отказывались иметь дела другие торговые кланы.
С одной стороны, Сейсра помог найти причину его напасти. Но с другой, он был тем, кто принёс плохую весть. А плохих вестовых всегда наказывали. Тем не менее, не раб занимал его мысли.
Именно Захра была той, на ком он женился по любви. Именно она была самой здравомыслящей женщиной в его доме. Захра сама предложила жениться сразу на трех девушках.
Чтобы сыграть одну свадьбу и с первых дней начать привыкать друг к другу. Саид, как и любой мужчина, не отказался от такого. Кто откажется сразу от трёх жён. В первые месяцы все три жены понесли. И только у младшей родилась дочь. После двух мертворожденных детей, рождение Шайны было словно даром с небес. Это позволило остальным женам отвлечься на ребенка и сблизило их. До прошлой недели он считал, что у него идеальная семья. Идеальные жены…
Зайдя в дом, он первым делом отправился к своей старшей жене.
— Захра! Что всё это значит? — требуя объяснений, достаточно громко спросил Саид.
Захра, немного с трудом поднявшись с кресла, сказала.
— Мой муж, я виновата перед тобой! — глубоко поклонившись, сказала Захра. Ей было запрещено нагибаться, но того требовали традиции. И Саид запретил так делать. Он сразу понял, что неправильно начал разговор с женой.
— Захра, ты с ума сошла? Ты же ждёшь нашего ребенка.
