Итак: жить вы все будете в лечебнице, там для вас уже выделили две большие комнаты, а у меня дома всегда будут двое, посменно, нужно следить за домом и огородом. Большую часть времени я тоже буду в Лечебнице. У меня один выходной и в этот выходной мы будем учить с вами травы и ходить в лес на практику. Кто не умеет писать, считать и читать? Поднимите руки, — все кроме Васка, Ириса и Цветы подняли руки, я покачала головой, — Васк, Ирис и Цвета я куплю церы, вечерами в лечебнице учите остальных читать и писать.
Иначе никак, иначе нам с вами не справиться. Всем понятно? Если кто-то будет лениться, спасти его от Коробки я не смогу. — Нужно их покрепче напугать, даже если кто-то не осилит грамоту, я ни одного из них не верну туда, откуда забрала."
"— Продолжим, в Лечебнице будете делать всё, что скажу я и Али Шин — управляющий, больше никого не слушать, это понятно? — Дети синхронно кивнули, я улыбнулась, — Сегодня нужно вскопать землю в огороде, и посадить семена, которые я купила сегодня на рынке.
Поэтому вам не было разрешено надевать обновки. Надетые сейчас на вас мешки мы отстираем, будете их надевать для работы в огороде и в лечебнице. Ирис, у моих соседей есть баня?
— Да, есть у вашей доброй соседки Евы Жоль, она через двор живёт.
— Сбегай к ней, отнеси монетку и попроси к вечеру затопить нам баньку. После сегодняшних работ в огороде, у нас будет славная помывка, все наденете новые рубахи и платья, затем дружно вкусно поужинаем и спать.
Завтра много дел. Есть вопросы? — все дружно покачали головами, вопросов пока не было. Как же хочется поспать, зевнула я и вслед за детьми вышла из дома.
Глава 18
День выдался суматошным и очень продуктивным: успели вскопать огород, посадить овощи и полить их. Помылись в бане у моей соседки (которая оказалась очень приятной пожилой женщиной), кстати, баня была один в один как в моем мире.
Все дети переоделись в чистое, вкусно отужинали и легли спать. За весь день мы наговорились вдоволь, болтала в основном ребятня, а я внимательно слушала.
Лежа на тюфяке на полу (хотя Васк отнекивался и говорил, что спина у него уже не болит, я настояла, чтобы он спал на моей кровати, раны его уже подзажили, но всё было таким фиолетово-лиловым, что смотреть было больно), делала выводы, что накопились за несколько дней пребывания в этом мире.
В той области, где я живу, не было деления на нации, все назывались просто шорийцы.
