Явка с повинной

«Я тебе такое предприятие, сукин сын, устрою, на задницу месяц не сядешь», — услышал он в ответ.

Крошин взглянул на старинную, висевшую на стене фотографию, где молодой буденновец стоял, обнажив шашку, и выскочил из кабинета.

Крошин ехал без всякой цели, никуда не спешил, никто нигде его не ждал. Несколько раз проверив, он убедился: за ним не следят. Он свободен, волен ехать куда глаза глядят. Подписку о невыезде у него не брали. Уехать, не скрыться, просто уехать в неопределенном направлении? Зачем ему этот город? Может, вернуться в Москву? Уволиться и уехать.

Не обманывай себя, все не так просто. Убийцу Логинова ищут. Раз всех допросили и сообщили на ипподром, ты первый, возможно единственный, кандидат. Наташу отослали, Анну предупредили, подручных напугали. Тебя изолировали, оставили одного. Зачем? Проще вызвать, снять отпечатки пальцев, установить идентичность, и круг замкнется. Почему же не вызывают? Они ждут. Чего?

Он приехал домой. Автоматически поел, напился чаю. «Они не дождутся, чтобы я запил и потерял самоконтроль, у них нет отпечатков, они блефуют».

Он посмотрел на свою ладонь, стал изучать узоры на коже и в этот момент вспомнил. Он так же смотрел на свою руку в Москве. На Петровке, в кабинете следователя. С него только что сняли пальцевые отпечатки, они красовались на специальном бланке, все десять пальцев. Он тряпочкой стирал с рук черную краску, вот так же с любопытством изучал кожные узоры. Миллиарды людей, у каждого собственная печать. Крошин отошел от окна, медленно сел в кресло. Так вот чего они ждут: фотокопию дактилоскопической карты из Москвы. Вот почему этот Гуров не взял со стола бутылку. Придет дактокарта, они проведут экспертизу — и конец.

Он не вскочил, не побежал, продолжал сидеть. Уходить в нелегалы? Он видел нелегалов, жизнь хуже смерти. Человек медленно умирает со страха.

* * *В четверг утром все собрались в кабинете следователя прокуратуры. Николай Тимофеевич встречал всех стоя; подвинул Турилину кресло, сел последним.

— Как дальше жить будем, Константин, — он замялся и быстро добавил: — Константинович?

Полковник сидел откинувшись, вытянув длинные худые ноги, и сосредоточенно изучал собственные ботинки.

Полковник молчал и, судя по выражению его лица, отвечать не торопился. Все присутствующие отлично понимали ситуацию. Крошин не дрогнул, не побежал, как они рассчитывали. Психологическая атака желаемого результата не принесла.

Вчера Лева просил разрешения на встречу с Крошиным, Турилин не согласился.