Явор

Люблю этот зал. Неспешно подходим к одному из бильярдных столов, которые ярко освещены изумрудными лампами, и я снимаю с себя кожанку, небрежно бросив ее на полукруглый диван.

— Не люблю, когда мои движения что-либо сковывает, — поясняю свой порыв оголиться, расставляя белоснежные шары на нефритовое сукно от Iwan Simonis, будто подготавливаю игровое поле, хотя о самой игре и мысли нет.

— Ты любишь, когда что-либо сковывает других?

Я оставляю ее вопрос без ответа, а синеглазая лиса медленно подкрадывается к столу и берет в руки кий.

— Дамы вперед, — жестом пропускаю блондинку к столу и отхожу на задний план.

Она неспешно натирает кий мелом, провокационно скользя пальчиками по наконечнику. Отчего в пах бьет шаровая молния похоти, и яйца начинают свербеть от возбуждения. Но я продолжаю испепелять ее пристальным взглядом, жадно сглатывая свое желание.

Закончив подготовку инвентаря, Кейси слегка подается вперед, оттопыривает упругий зад и сильнее выгибается, решительно прицеливаясь в одну точку. Резким ударом разбивает треугольник из глянцевых шаров и два из них залетают в лунки.

Златовласка с победным видом выпрямляется, но отступить ей не позволяет мое тело. Я жестко вжимаю негодницу в стол, прикасаясь обнаженной грудью к бархатистой коже на ее спине. Накатившее напряжение мучительно сводит скулы, а из нее вырывается стон, что наполняет мое тело тягостным вожделением.

— Ты ведь прекрасно знал, что у нас не получится поиграть в бильярд?! Зачем же предложил тогда, если на секс у тебя нет времени? — сладко шепчет дрожащим голосом и разворачивается ко мне лицом.

Синие глаза, сейчас больше напоминающие темное грозовое облако, пленяют сверкающими в них жемчужными молниями. Я подхватываю сочную попку и рывком усаживаю на стол. Наши взгляды соединяются, и пути назад уже нет. Манящие губы слишком близко. Однако от срыва меня отвлекает внезапный телефонный звонок. Поведение Кейси резко меняется, она притягивает меня за шею, вырывая из рук мобильный и отбрасывая его в сторону.

— Не хочу, чтобы ты отвлекался.

— Бестия тут же впивается в мои губы своим жадным ртом, крепко сжимая обнаженные плечи.

— Это может быть важно, — лениво вставляю между поцелуями.

Чертовка завела меня до предела, не хочу ни о чем думать, особенно когда мои руки уже жадно сминают аппетитные ягодицы.

— Разве может быть сейчас что-то важнее? — ехидно шепчет плутовка и скользит языком по моей шее. — Какой ты вкусный, — стонет, утопая в желании, и сменяет ласку языком на острые зубки.