Явор

Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но меня останавливает бас Зверя: — Даю тебе две недели восстановиться, потом приступаешь к тренировкам. Ты теперь участвуешь в подпольных боях, арена любит таких отмороженных.

Мне было дозволено все, я не привык жить под кем-то, а теперь каждый мог шаг предрешен Зверем. И если я хочу дожить до освобождения, которое обещает Раймон, то у меня просто нет выбора.

***

Слова главаря не выходили из моей головы. И заточку я все-таки оставил при себе. А вот принимать сегодня душ не стал. Выпил лекарства и лег спать.

Сквозь сон до меня доносится звук открывающейся решетки. Я устремляю взгляд в окно. Ночь. В камере темно, в коридорах тоже не горит ни одна лампочка. Что за хрень?! Нащупываю руками заточку и зажимаю в кулаке. Сердце предательски перебивает доступ кислорода. Лежу. Жду. В помещение периодически попадает луч прожектора. Вслушиваюсь, откуда доносится шум, но шагов не слышно. Новая порция света позволяет рассмотреть нависающую надо мной громадину с пугающими большими белоснежными глазами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я чудом уворачиваюсь от удара, и вместо меня он вспарывает подушку. Хорошо, что в такие моменты нет времени думать о боли. Тобой двигают одни инстинкты. Кричать тоже смысла нет. В том, что надзиратели замешаны в этом, нет никаких сомнений. Ублюдки создали все условия, чтобы мне перерезали глотку. Чувствуется рука Картера. Постарался, мудак конченый.

Внезапно черная клешня хватает за горло, вбивая меня в стену, и заносит сжатую в кулак заточку.

Однако я сдерживаю его натиск, рукой блокируя удар. Ощущение внезапной потери контроля зарождает во мне панику. Долго я так не протяну. Адреналин, ударивший волной в мозг, заставляет хаотично работать сознание. Остаются только животные инстинкты. И главный из них — выжить.

Луч прожектора покидает камеру, оставляя нас в кромешной темноте, и я со всей мочи вколачиваю колено между его ног, после чего удушающая хватка тут же слабеет.

Очередной пучок света позволяет мне сориентироваться в пространстве. Гортанный рык продирает меня изнутри, и я рывком впечатываю голову прямо ему в нос.

Используя минутное замешательство Кинг-Конга, я не раздумываю и вонзаю заточку в его толстое горло. Непроизвольно закусываю руку и судорожно дышу через нос, когда вижу, как Горилла начинает хвататься за окровавленную шею. Из грязного рта выходит хриплый стон, и он падает на колени.

— П-и-д-а...