Яжмать, или Некромант в придачу

— Как по мне, то и не странно, что пялилась. У тебя ведь муж такой красавец!"

"— И толку с того, что красавец? — печально вздохнула я, покачивая колясочку, в которой мирно сопел спящий Клавик. — Все равно на меня внимания не обращает.

— Да, ты рассказывала, что ваш брак по расчету родители организовали, — протянула подруга, и сама качая колясочку, где дремал ее Боря. — Но главное ведь — это желание проявить инициативу. А оно у тебя, как я смотрю, есть. Так чем ты хуже какой-то грудастой девки?

— Чем? Ну размера где-то так на три-четыре точно, — буркнула я.

Самой Дине судить конечно легко. И не только потому, что ее природа формами не обделила — хоть подруга и была довольно пышненькой, но эта легкая полнота ей шла, делая ее какой-то мило-домашней. А в сочетании с большой грудью, которая все еще выглядела аппетитно несмотря на пятый месяц вскармливания, и вовсе была красавицей. Мне же в наследство тельце досталось хоть и стройное, но не слишком-то сексуальное. Во всяком случае, в «родном» грудь была побольше.

— Да ерунда все это, — махнула рукой Дина. — Просто вы пока в ритм с Клавиком не вошли, не привыкли и не подстроились, вот и ходите убитые. Вот увидишь, скоро муж сам к тебе приставать начнет.

— Хотелось бы верить, что ко мне, — вздохнула я.

Как женщина, родившая на пару месяцев раньше, Дина не только отдавала нам детские вещи, из которых ее сынишка уже вырос, но и неплохо помогала советами о том, чего следует ждать в ближайшем будущем.

Она охотно делилась опытом и благодаря ей я все еще не впадала в состояние, когда ревешь в уголке, и, вырывая волосы, истерично кричишь: «Мамочки, да что же мне делать?!».

Но вот за своего мужа-то она выходила по любви. И потому когда восстановилась, а безумный ритм с появившимся в жизни ребенком стал привычным, оба охотно начали потихоньку вспоминать и о супружеском долге. В моем же случае все было немного сложнее, и мужа предстояло буквально завоевывать.

А то еще гляди, в самом деле по бабам пойдет… Я же никоим образом не собиралась превращаться в молчаливо-терпеливую дуреху, которая терпит такую «семейную» жизнь.

— Не дрейфь, прорвемся, — подмигнула подруга. — Кстати, твоя очередь!

— Ой, точно! — встрепенулась я. И оставив Дину приглядывать за коляской с Клавиком, побежала в сторону кабинета инспектора, размахивая заполненными бланками и талончиком с моим номером в очереди.