Тогда я говорю:
— Да.
Прежде чем передумать, я протягиваю руку, провожу пальцами по его волосам и притягиваю его голову вниз.
Наши рты встречаются в легчайшей из ласк. Просто попробовать. подразнить. Но наши губы так хорошо прижимаются друг к другу, что я не могу удержаться от того, чтобы углубить поцелуй. Райдер выплевывает рычащее проклятие, прежде чем его язык скользит по моим приоткрытым губам и посылает электрический ток по моему телу.
Я прижимаюсь к нему, обвивая руками его шею, чтобы притянуть его на столько низко, насколько позволит его рост.
Отчаянно хочу исследовать его рот. Его губы такие же голодные, но не всепоглощающие. То, как его язык касается моего, почти невыносимо. Я хочу большего. И больше его рук, но он не позволяет им двигатся. Одна рука слегка сжимает мою талию, другая обхватывает щеку, его большой палец рассеянно поглаживает мою челюсть, когда он целует меня так, как будто у него есть все время в мире.
— Мммм. — Его хриплый стон щекочет мои губы, а затем рука на моей талии внезапно перемещается.
Он скользит вниз, сжимая мою задницу и прижимая вплотную к себе, чтобы я могла почувствовать его эрекцию.
Когда я хнычу в ответ, он отстраняется, чтобы показать свою легкую усмешку. Как обычно, насмешливую.
— Я сдал тест?
Мое дыхание вырывается с трудом. У меня голова идет кругом.
— Я... — Я убираю руки с его плеч и делаю шаг назад. — Я не думаю, что хороша в сексе без обязательств. — Я прижимаю руки к бокам, чтобы снова не коснуться его.
Я уже снова жажду его поцелуя. — Ты же этого ищешь, верно?
— Да.
Сопротивление делает меня неуверенной. Я не знаю, почему не могу решится и просто сказать ему, что хочу его.
Когда мои колебания затягиваются, Райдер проводит пальцами по своим волосам, чтобы пригладить их. Я довольно сильно растрепала эти темные пряди, когда притягивала его своими руками.
— Хорошо. — Наконец он пожимает плечами и приподнимает брови. — Если передумаешь, ты знаешь, где меня найти.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
РАЙДЕР
Вселенная способствует
— Люк, стой!
Я просыпаюсь в пятницу утром в холодном поту. Футболка, в которой я уснул насквозь промокла и приклеилась к груди. Испуганный голос все еще отдается эхом в паутине моего едва проснувшегося мозга. Я прогоняю его, потому что последнее, что мне нужно, — начинать свой день погруженным во тьму.
Но кошмар оказывается предзнаменованием.
