Я думаю, что одна из моих любимых черт в Диане — это то, как сильно она любит быть одна. В наши дни это редкость.
Я потягиваю разбавленное пиво и болтаю с Миллером и Уитни, но все время остаюсь настороже. Я не верю, что все будет так просто. Эти ребята всю неделю боролись за места в составе. Затяжной антагонизм висит в воздухе, как радиационное облако после взрыва ядерной бомбы. Даже когда они пьют, танцуют и раздают косяки по кругу, между двумя фракциями все еще существует четкое разделение.
Два часа все остается спокойно.
Когда внутри становится слишком душно, я выхожу на улицу подышать свежим воздухом. Хотя у них нет на это разрешения, кто-то разжег костер на самом краю заднего двора. Очаг находится слишком близко к забору. Если бы моя мать увидела это, у нее случился бы сердечный приступ.
Когда ветер меняется, внезапно дым летит мне в лицо, и у меня слезятся глаза. Я отступаю назад, пока мои плечи не упираются в твердую стену.
Я удивленно оборачиваюсь и понимаю, что это грудь Райдера.
Господи Иисусе.
Этот парень состоит из одних мускулов.
— Извини, — говорю я.
— Все нормально. — Он указывает на парня рядом с собой. — Ты же знаешь Шейна?
— Не официально. — Я протягиваю руку. — Я Джиджи.
Рукопожатие Шейна затягивается, как и его соблазнительный взгляд.
— Сокращенно от Жизель, верно?
Я отдергиваю руку и сердито смотрю на Райдера.
— Вообще-то, нет. Совсем нет. Просто этот король выпускного — обычный осел.
Шейн начинает смеяться.
— О, вы только посмотрите, — говорит он своему другу.
— У вас двоих есть свои внутренние шутки. Как очаровательно.
Райдер сердито смотрит на него.
— Линдли! — кричит кто-то возле костра. — Нужна твоя зажигалка.
— И это моя реплика для ухода, — весело говорит он и подмигивает мне. — Приятно было повидаться с тобой, Жизель.
— Посмотри, что ты начал, — обвиняю я Райдера.
— Я отказываюсь верить, что твое имя не сокращение от чего-то, — таков его ответ.
— Ну это правда так. Во всем виноват мой отец. Он выбирал имя. Мама отвечала за имя моего брата, и она выбрала обычное.
Какое-то мгновение Райдер созерцает оранжево-красные угольки, танцующие в воздухе. Затем он оглядывается.
— Ты с нетерпением ждешь нашу завтрашнюю секретную тренировку?
— Почему тебе обязательно нужно, чтобы это звучало так грязно?
Он наклоняет голову."
"— Я вообще-то говорю нормально. Думаю, это у тебя проблемы.
Боже. Может быть, он прав. Я полностью разлеглась на ковре, и теперь у меня секс на уме двадцать четыре часа в сутки.
