— Ты что, ревнуешь? Серьезно? Он просто позвал нас! Замечу нас, а не меня, на покер и на футбол, — решительно отмечаю тот факт, что повода для ревности как бы и нет.
— Просто он весь понедельник тобой интересовался. Даже попросил меня узнать, есть ли у тебя кто-то, — Майкл говорит сквозь зубы, словно старается сдержать себя и не закричать от злости. Ревность становится настолько явной, что её можно просто ощутить в воздухе с закрытыми глазами.
— Значит, ты всё-таки ревнуешь? — победно ухмыляюсь, не дождавшись ответа.
— Да, Сара, я ревную. Но я предупреждал тебя, что очень ревнивый, — ещё секунда и я понимаю, что Тёрнер скоро сожжет своим взглядом меню.
— Ты такой забавный. Но твои переживания беспочвенны, — шепчу и аккуратно целую его в щеку. Его лицо тут же краснеет. — Я бы на твоём месте передала Джону, что у меня есть парень, который мне очень нравится. У Холла нет ни единого шанса на успех.
Наконец-то Тёрнер улыбается. Отрывает глаза от меню и мягко смотрит на меня.
— Может, сядем за столик? — он кладет подбородок на моё плечо. Мне хочется поцеловать его глаза, но боковым зрением я замечаю его бабушку. Майкл тут же поворачивает голову к ней.
— Ба, мы будем две карбонары, кольца кальмара и твой фирменный лимонад. Мы будем во втором зале, — говорит Майкл, хватает меня за запястье и тащит меня в соседнее помещение, я еле успеваю зацепить свою сумку.
Второй зал оказывается почти пустым, из восьми столиков заняты только два, свет приглушен и играют музыканты.
Тёрнер ведет меня за самый уединенный столик в самом конце зала. Мы садимся на мягкий диван, и я ощущаю, как его руки притягивают меня настолько близко к себе, что становится жарко.
— Майкл, ничего, что мы в заведении твоей бабушки? — говорю так, словно мне немного стыдно. Его глаза ещё больше загораются, он ухмыляется и целует меня в губы. Я как бы злюсь, и Майкл явно это чувствует, но это его только возбуждает. Его руки оказываются на моей пояснице под футболкой.
Я всем телом вздрагиваю от такого жаркого прикосновения и прикусываю ему верхнюю губу. Тёрнер смеется.
— Ты такая злющая! — он освобождает свою губу, и его правая рука оказывается на моей щеке. Майкл пытается разглядеть все эмоции на моём лице."
"— Мне стыдно, если что, не хочу, чтобы твоя бабушка подумала на меня невесть что, — захлебываюсь от возмущения. — Я наверняка не первая девушка, которую ты сюда приводил.
— Ошибаешься, Сара, ты первая.
