— Есть и те, кто просто не хочет этим заниматься. Даже среди аристократов. Да, чаще всего это простые семьи, но встречаются и исключения. Ваш род, например. Шестьсот лет — ни одного мага. Только путь силы. Только воины.
— Вторая категория — силовики, — продолжил он. — Те, кто пошёл по пути тела, выносливости, физического превосходства. Это называют путём силы. Это не магия, но Эхо у них тоже есть. Просто другое. А третья — маги. Самые сильные, самые опасные. У них — свои ранги, специализации, сложная иерархия. Но к этому мы ещё вернёмся.
Яков говорил спокойно, без нажима. Но в голосе ощущалась чёткая фиксация факта.
В этот момент в голове всплыло что-то странное: обрывки воспоминаний тела. Барон — в полевых учениях. Едет на машине. Обычной. Дизельной. Затем — короткий кадр: автомат в руках. Металлический, глухой выстрел. Я узнал звук. Не магия. Механика.
— В голове всплыл кадр. Полевые учения. Я держал автомат. Обычный. Глухой выстрел, запах гари. И рядом — машина, дизельная, с тяжёлым выхлопом. Это же … называется огнестрел? У вас это так же называется?
Яков чуть приподнял бровь, кивнул.
— Да. Огнестрельное оружие у нас в ходу. Автомобили — тоже. На дизеле, бензине, или на Эхо. Иногда всё это смешано. В армии используют всё: от автоматов до тяжёлой бронетехники. Военные технологии у нас очень похожи — огнестрел, транспорт, связи. Вероятно, близкие к тем, что вы помните. Разница в одном: у нас появился дополнительный ресурс — элементы, работающие на нитях Эхо. В ряде случаев они оказались даже более энергоёмкими, чем классическое топливо.
Поэтому техника у нас развилась в собственном направлении — с учётом новых условий, ресурсов и среды.
— Понятно… — кивнул я. — А как насчёт коммуникаций? Телефоны? Интернет? Связь? Может, у вас это иначе называется? Если что — уточню.
Яков слегка усмехнулся.
— Коммуникации у нас, вероятнее всего, такие же, как и у вас, — спокойно ответил Яков. — Всё, что вы назвали, мне знакомо. Телефон — это устройство для связи. Интернет — глобальная сеть, где можно найти информацию.
Так что можно с уверенностью сказать: наши технологические ветки действительно очень похожи. Единственная разница — у нас есть Эхо.
Я заметил в его взгляде лёгкий огонёк — как у человека, который сейчас расскажет о чём-то, что ему по-настоящему интересно.
— А сейчас я расскажу вам ещё одну вещь. После неё многое в нашем мире изменилось. Включая политическую карту.
Он чуть подался вперёд.
— Из разломов выходят монстры. Казалось бы — бедствие.
