Но зачем вместо нормального оружия использовать нелепую рогатку?"
"- Послушай, приятель, ты из новеньких? Похоже, мы раньше не встречались, – вслух сказал Кевин, устав строить догадки.
Мужик отвлекся на секунду, скользнул безразличным взглядом, и снова вернулся к своему делу. Лишь пробурчал глухо и невнятно извинение, что не сможет помочь, так как сильно занят. Пробурчал не на нашем, кстати, а на имперском. Получается, все-таки не искатель, а один из местных?
- Так ты не из наших? – уже на имперском обратился к странному гостю Кевин.
– А как же тогда сопротивляешься?
В этот раз мужик вообще никак не отреагировал, даже не обернулся.
Кевин почувствовал прилив удивленного возбуждения и, не обращая внимание на молчание мужика, чуть было не засыпал его серией новых вопросов. Но все-таки удержался. В текущей ситуации лучше помолчать, не отвлекать необычного гостя от его занятия.
А за кровожадную амебу-гипнотизёра Кевин совсем не переживал. Даже порадовался бы, если покушение получится, и монстр подохнет. Знания знаниями, но надо быть совершенно безумным исследователем, чтобы защищать подобных тварей ради науки.
А вот ребенка жалко. Ни в чем не повинный новорожденный малыш, видимо, стал пропуском в шатёр, но какие шансы у него теперь остаться в живых?
Наконец-то, мужик закончил. Быстро прицелился и выстрелил. Рогатка негромко щелкнула – убогий, вроде бы глиняный, снаряд ударился в монстра. Шарик не вошел в плоть глубоко, как в желеобразный студень, но и не отскочил, срикошетив. Он просто застрял, увязнув в плотной массе.
Кевин покачал головой. Стрелять в подобное существо из рогатки – идея сама по себе безумная, изначально обреченная на провал.
И тем не менее…
Бахнуло так, что зазвенело в ушах. Видимо, протекторы сработали с небольшим запозданием (пора пройти полное обследование, медики давно советовали).
- Ух ты! – вырвалось вслух от неожиданности.
Воздушная волна обдала жаром, завоняло паленым.
Нейросап тоже среагировал – зарегистрировал усиление телепатических аномалий. Однако в этот раз не направленного, адресного вмешательства, а просто расходившихся кругами во все стороны панических волн.
Словно в магическую лужу бросили камень. И центром был, разумеется, монструозный хозяин шатра.
А это значит, что случившееся ему совсем не понравилось. Нельзя сказать, что чудовищу больно, но раз его так пучит и трясет, то комфорта у твари явно поубавилось.
Стенки шар-клетки скукожились и опали, вмиг превратившись из крепких прутьев в вялые мясные веревки.
