Но их племя осталось позади, охранять собиравшегося с новыми силами Нгарха. Потому выбор пал на низкорослых охотников джунглей – коренастых мунгонов.
В сопровождении боевых зверей – чешуйчатых горилл, рогатых питонов и прочих кошмарных порождений лесных чащ – мунгоны ринулись в бой. О боевых порядках речи не шло – научить этот народ построениям не удастся никому и никогда. Они мало отличались от собственных питомцев – такие же дикие, рычащие, с острыми подпиленными зубами. Не носили доспехов и одежд, а кутаться в шкуры начали лишь недавно, спасаясь от непривычных осенних холодов.
В бой они шли обнаженными, сжимая в руках массивные дубинки. Натертую звериным жиром черную кожу покрывала лишь густая шерсть на загривке и в области бёдер, на шее болталось ожерелье из зубов и ушей побежденных врагов – вот и весь наряд мунгонского воина.
Дюжину плохо вооружённых сельских мужиков, оставшихся умирать среди телег, смели в мгновенье ока. Непонятно даже, успел ли хоть один из них нанести удар.
Погибли так быстро, что до конца, наверное, не осознали происходящее. Атомба даже пожалел их немножко. Настоящий воин всегда с пониманием относится к геройскому поступку противника. Сумели бы отдать свои жизни подороже, забрав с собой побольше врагов, - даже зауважал бы. Ну а так просто пожалел, как смелых, но глупых животных.
Дальше получилось не так хорошо, как хотелось бы. Прислонили к стенам легкие, пружинящие под весом воинов, лестницы; забросили веревки с крючьями. Но когда начали карабкаться вверх, оттуда полетели на головы штурмующим стеклянные ёмкости с горящими тряпичными фитилями.
Сталкиваясь с поверхностью, они разбивались. Иногда горючая жидкость просто разливалась и воспламенялась, но порой следовал взрыв, разрывавший лестницы в щепки, отбрасывавший и калечивший нападавших. Грохот, закладывающий уши, пелена густого вонючего дыма, пылающие повозки брошенного беженцами лагеря. Такое зрелище могло бы посеять панику, не будь Атомба предупрежден заранее.
Не выражая никаких эмоций, он спокойно скомандовал отступление. Мунгоны-сигнальщики, колотившие в бубны, изменили темп и ритм ударов. Визжащая от ярости и боли дикая орава отхлынула от стен, вернулась в лагерь зализывать раны.
- Ветер, к счастью, не изменился, по-прежнему дует в сторону города, - радостно заметил верный Ликомба, - ты и с этим угадал, брат.
- Да, пускай защитники пока сами подышат дымом, - усмехнулся Атомба. – А вы подготовьте Зверя.
