Эхо первой любви

– И где ее теперь найти?

– Понятия не имею. Я выставила ее за дверь, забрала детей, и мы поехали к родителям. Судя по тому, что она всю ночь бомбардировала меня сообщениями ВКонтакте со стационарного компьютера, наверное, дома.

– А сейчас?

– Сейчас не знаю. Пока тон сообщений был приемлемым, я пыталась ей отвечать, но потом полезла такая агрессия, что я ее заблокировала.

Лев Абрамович записал адрес, по которому они и выдвинулись на машине Макса. Славкин джип был, безусловно, лучше, но чем меньше они будут светить все, связанное с ним, возле фигурантов дела Иваницкого, тем лучше.

На всякий случай Мишу взяли с собой, впрочем, он особо и не сопротивлялся.

Клавдия жила в доме, построенном совсем недавно, но отлично вписавшемся в старый городской ландшафт. Здание легких линий, с огромными окнами придавало кварталу свежесть и нарядный вид. Лев Абрамович и раньше обращал внимание на эту красоту, и ему было любопытно, как там внутри все устроено, так ли хорошо, как и снаружи? Несмотря на расположение почти в центре города, жилье, видимо, числилось не самым элитным, потому что из мер безопасности присутствовали только кодовый замок и домофон на входной двери.

Клавдия не отвечала на звонок, Дворкин решил, что ее нет дома, и собрался ждать в машине, но тут вышел собачник, и не только не насторожился, но и любезно придержал дверь для маленького старичка. Лев Абрамович обрадовался оказии, дождался Макса и пошел к лифту, высчитывая, на какой этаж им следует подняться. Миша предпочел остаться в машине.

В подъезде оказалось чистенько, но весьма скромно, а в лифте наблюдались красноречивые следы от проб пера местных детей.

Очень средний класс, вздохнул Дворкин. Приятно ли было Клавдии приходить на работу в роскошный дом и каждый вечер возвращаться в свое скромное жилище?

Подойдя к нужной двери, они позвонили, ни на что особенно не надеясь, и действительно, никто не ответил. Лев Абрамович поморщился. Елена сказала, что Клавдия была крайне разгневана своим увольнением, пыталась вернуть утраченные позиции мольбами и угрозами, а когда Иваницкая ее заблокировала, наверное, пошла в бар и теперь может оказаться где и с кем угодно, и вернется черт знает когда.

Тут открылась соседняя квартира, на лестницу вышла сухонькая старушка и хлопнула дверью с неожиданной силой. Лев Абрамович заметил, что от удара дверь Клавдии шелохнулась так, как никогда бы не смогла, будь закрытой. Он потянул ручку и вошел.

– Клавдия? – крикнул он. – У вас дверь открыта!

Никто не ответил.