Бредовая идея, гнилая, согласен, но ведь я уже сказал, что почти сразу отказался от ее воплощения!
– Но разве ты не понимал, что творится в душе у нас с Фредериком?… В каком мы с ним состоянии?… Что этот звонок дал нам надежду?… Что мы, дергаясь, ожидали, когда похититель позвонит снова?! Фредерик поехал в Лондон за деньгами. Я осталась дома и чуть не сошла с ума от отчаяния…
По ее щекам неудержимо потекли слезы.
– Ни один человек, у которого есть сердце, не способен на такое!
Он сделал шаг к ней, но она отклонилась в сторону и стояла теперь спиной у открытого окна.
– Не трогай меня! – прошипела она.
Натан снова пожал плечами.
– А разве не для этого ты явилась сюда? – спросил он. – Не для того ли, чтобы я взял тебя на ручки и утешил?
– Ты думаешь, я нуждаюсь в твоих утешениях?
– Ну ладно, ладно! – сердито выкрикнул он. – Только не надо обращаться со мной, как с преступником! Я и пальцем не тронул твою дочь. Я понятия не имею, где она находится. Ее исчезновение меня совершенно не касается! И других детей я тоже не трогал.
Да, я совершил громадную ошибку и сожалею о ней. Я… я прошу прощения, если тебе так угодно.
– Ты никого не трогал? И как я могу проверить твои слова? Может быть, машина у тебя вовсе не ломалась?! Довольно хитрый ход! Ты мог спокойно заехать в Кингс-Линн за Ким, утверждая, что находишься здесь, в Ханстантоне! Это снимало с тебя все подозрения. Значит, ты поехал за Ким в школу, опередив на короткое время Грейс…
– Нет! – замахал рукой Натан.
– Нет! Меня вовсе не интересуют дети! Тех, кто делает это, я считаю полнейшими уродами. Я и в страшном сне не могу представить себе такое.
– И с чего я должна тебе верить?! – заорала Вирджиния."
"– Хотя бы с того, что ты меня неплохо знаешь! – выкрикнул Натан в ответ. – С того, что я был с тобой в одной постели! И ты обязательно почувствовала бы, с каким человеком ты кувыркаешься – с нормальным или извращенцем!
Вирджиния провела рукой по глазам. Хватит плакать! Необходимо действовать.
Она подхватила с пола магнитофон, сунула его в сумку.
– Наверняка в полиции лучше знают, как дознаться до правды, – бросила она. – Можешь там объяснять, где ты был, когда погиб первый ребенок. Уж точно не на Скае.
– Но и здесь меня не было! Доказать это – раз плюнуть, поскольку в каждом порту, где яхта встает на якорь, обязательно нужно регистрироваться. Ты при всем желании не найдешь в ближайших портах регистрации моего «Одуванчика».
