Эхо войны

Наверняка одно пепелище выжженное и чернеет… вот как после этого в судьбу не верить? А? Я же аккурат за год до начала кошмара ядерного на родину возвращаться собирался. По переселению. Уже и контейнер приготовили, и объявление о продаже квартиры напечатали… ан не судьба значит…

— А почему не уехали-то, дядь Андрей? — полюбопытствовал я, хотя давно знал историю наизусть. В первый раз ее услышал, когда был совсем пацаном, и мы вместе с Тимофеевичем приходили чаю попить. Вернее чаи гоняли старики, а я, высунув язык, обтачивал зажатую в тисках железяку, пытаясь превратить металлический брусок в свой первый метательный нож….

Давно это было…

— Так из-за денег будь они неладны! — всплеснул руками Палыч — Я как заявление об увольнении на стол начальника кадров положил, так тот ажно побурел. «Не пущу!» — кричит и кулаком об стол бьет. А я ему в ответ — еще как пустите! Право такое имею! И давай мы с ним бодаться! Он меня и так обхаживает, и эдак, а я все на своем стою — не останусь и все тут, хоть режь меня, значит! Но таки уговорил меня, черт старый, пусть земля ему будет пухом.

Деньги ведь они завсегда нужны, даже сейчас без них никуда.

— Это да — поддакнул я, нащупывая во внутреннем кармане куртки изрядно похудевший сверток с талонами и паханскими.

— Всего полгода я новой зарплате радовался-то. Дачу достроил, в квартире ремонт сделал и на тебе! Конец света пришел! Все прахом пошло. Эх! Лучше бы я кофе накупил — на все деньги! — в сердцах сплюнул Палыч и высыпал в стакан остатки кофейного порошка — Ну да это дело прошлое.

Живы остались и ладно. Правильно ведь говорю?

— Правильно — подтвердил я и поторопился сменить тему — Дядь Андрей, а зачем они приехали-то?

— А кто их знает — с безразличием пожал плечами Палыч — Об этом пусть у главного нашего голова болит. А мне машину их подшаманить велели. Общее ТО и ПР провести.

— Чего провести? — с недоумением переспросил я.

— Технический осмотр и профилактические работы — важно объяснил мастер — Они же сколько тысяч километров отмахали на нем, да все по бездорожью и пескам.

А машина знатная! Такой ни у кого из наших нет. Ни у Пахана, ни у Бессадулина. Сначала Ракитин и разговаривать об этом не хотел, сами мол все сделаем, а как со мной парой слов перекинулся, так и добро дал. Доверился, значит! Понял, что я в машинах получше многих разбираюсь.

— Ракитин?

— Главный их — небрежно пояснил Палыч — И самый старший по возрасту, не намного моложе меня.