Сегодня просил о вас, но князь мне отказал и запретил вас преследовать!
— А вы меня преследовали? — мне почему-то не страшно, а смешно.
— Да, имел такую неосторожность. Простите, если докучал.
— Ничего страшного, я теперь вас не боюсь, вы вполне милый и даже…
Не успеваю договорить комплимент, от которого на лице Курского зажглась приятная улыбка, как услышала с лестницы: «Кхм-кхм!» хозяина.
Закатываю глаза, приседаю в реверансе перед Курским и спешу к себе, переодеться и на работу.
Вот я не знала, что произошло между Разумовским и Курским только что…
Глава 33.
Разумовский vs Курский
Пока Ульяна Павловна совершает променад по торговым заведениям, князь выслушал подробный отчёт Марфы Юрьевны.
— Странное что-то было?
— Да! Она очень странная! — не задумываясь ответила Марфа и улыбнулась.
— И в чём заключается эта странность? — Андрей Васильевич очень не любит долгих пауз, когда вопрос простой.
— Как бы правильно выразить свою мысль. Она не такая, как все. Первое, это разумность, обстоятельность, как у взрослой, мудрой женщины.
А ведь ей же и двадцати лет нет. Сиротка, однако не забитая, а держит себя с достоинством, но просто. Манеры, правда, несколько странные, но не раздражают. И магию использует по делу. Вы видели свою библиотеку? Она смогла каким-то образом собрать всю книжную пыль в небольшой мешок.
Князь заинтересованно посмотрел на экономку, теперь понимая, что заставило её обдумать свои слова. Действительно непросто описать такие странности. Которые и странностями не кажутся.
И тут он себя поймал на мысли, что сам несколько раз замечал за Ульяной во время ужина и короткого разговора именно то, что сейчас сформулировала мудрая пожилая женщина.
Она с новенькой провела почти целый день.
Но объяснение нашлось быстро. Если она владеет магией, то такие люди взрослеют мгновенно после того, как дар открывается. А у Савельевой дар, несомненно, открылся. Он это на своей шее успел почувствовать.
Прошёл в библиотеку и заметил разительные перемены. Здесь даже дышать стало легче. Появился запах свежести.
Высоченные полки, доверху заставленные книгами, уже отчаялись протирать, пару раз в год это мероприятие затевается, но результат надолго не задерживается. Пыль снова отвоёвывает своё пространство."
"— Убедились? А ведь её никто не просил, сама взялась и сделала. Хорошая девочка, только жаль её! — из-за спины своего без пяти минут бывшего хозяина прошептала Марфа Юрьевна.
Разумовский с некоторой долей удивления взглянул, обернувшись через плечо.
