Слова Большого остановили Игоря от необдуманных действий, но сейчас, когда Лида уже отправилась на флагманском драккаре участвовать в покорении Любеча и Киева, Солдату было противно думать, чем и как занималась некогда бывшая его любовница в постели, его постели. Эмоции были настолько противоречивы, что Игорь постарался задавить невесть из-за чего возникшую ревность, но спать в доме, пока там не перестелют, отказывался. Ну, и жену дождаться очень хотелось, забыться в ее компании обо всех странностях с сердечными делами, ну или это эмоции мужланского собственника.
— Сидите, бухаете? — к Игорю и Степану подошел Шишон в сопровождении своего «пажа» Крота.
— Держи! — протянул свою бутылку Солдат, и бывший предводитель деревенских хулиганов отглотнул шипучки, сразу же поморщившись — ночью ему разбили губы и вроде бы как выбили пару зубов.
— Как тебе такая пьянка, многим отличается от гуляния на деревенских плясках? — усмехнулся Степан.
— Если бы раз в неделю такие пьянки в деревне были, то уже через месяц в ней не осталось бы жителей, поубивали друг друга, — ответил Шишон, который так же был опробован на стойкость в дружинной сотне, что пировала у подножья города, рядом с озером.
— Смертей нет и то хвала Перуну, — высказался Солдат и все непроизвольно посмотрели в голубое, безоблачное небо."
"Между тем, парней никто не трогал, и не потому, что тут присутствует и граф, и виконт, и рыцарь Шишон. А потому, что все понимали, чего стоила эта встреча с власть имущими создателями Древней Руси.
— О, Катерина идет к нам, сейчас люлей станет вставлять, почему ее Павлик битый в доме валяется, — высказался Степан, а Шишон с Кротом быстро попытались уйти, отлично зная норов этой женщины.
— Эй, Шишон, коней то добрых князь дал? — вслед молодому мужчине, у которого образовались «срочные дела» крикнул Степан.
Ответа не последовало, а знаний Солдата, точнее их отсутствия, хватало только для того, чтобы понять, что это не клячи, а боевые кони, пусть и где-то в годах. Но послужить пару лет смогут, как и потомство дать.
Главнее же было то, что коней князь дал десять, больше ранее обещанных, сторговав еще два славгородских клинка из моностали.
— Вы что, гады, творите? Сами вон сидите тут синеете от советского игристого, а Паша чуть ли не помирает… Если с ним что случится, я… я… — запнулась, захлебываясь в своих эмоциях выговаривала парням Катерина.
— Катерина, по-другому нельзя было, — строго с металлом в голосе говорил глава города. — Все попали под эти игры.
