Игорь укоризненно посмотрел на, уже сидевшего и наблюдающего за действиями парня, Николая, и стал высасывать яд, готовя остроумные ответы на попытки подначить уже его самого. Для всех необходимых процедур понадобилось минут десять под всхлипывания и болезненные стоны рыжей, которые при бурной фантазии пубертатного подростка можно было спутать с некоторыми иными особенностями межполовых отношений.
Солдат высасывал яд, однако, было понятно, что прошло больше пятнадцати минут, и отрава уже начала всасываться в кровь.
Однако, действия не были бессмысленны, часть яда удалось извлечь, значит больше шанса пережить отравление с меньшими последствиями."
"— Оля! — обратился Игорь к стоящей неподалеку главному медику лагеря, что так же пришла посмотреть на действия парня. Она молча наблюдала, было видно, что она боится собаки, а Рекс не отходил от Игоря ни на шаг. — Перекисью водорода обработать и пластырь наложить. Ее может тошнить, кружится голова, подняться температура. Движения никакого, напряжения на сердце никакого.
А так жить будет. Вот только Николай может умереть, но не от яда, а от мнительности и похотливой фантазии.
Николай Дмитриевич, вице-президент первой археологической республики, понял, что Солдат его высмеивает. На удивление преподавателя, после слов Посталовского, он резко стал чувствовать себя хорошо. До этого и голова кружилась, и какое-то недомогание было, даже казалось, что температура поднимается, а сейчас, ничего. Николаю стало стыдно, но он попытался оправдаться тем, что ночь не спал, а отдыхать нужно всем.
Однако, некоторый авторитет Николай потерял и сам это осознавал. Ну а оправдания про сон, когда все студенты были его лишены из-за ночных событий, вовсе выглядели проявлением слабости.
Пока Игорь занимался спасением рыжеволосой полнушки, Алексей Шац уже поговорил со своим электоратом, и лагерь, наконец, начал оживать. Студенты ходили, как лунатики, никто не мог поверить в то, о чем только что услышал, но работа началась, пусть и вялотекущая. А трудотерапия иногда творит чудеса в области профилактики и лечения психологических травм.
Путешествие во времени выглядело столь фантастично, что, если бы об этом не рассказал студентам преподаватель, который год вел у них коллоквиумы и семинары, то посчитали сказанное глупой шуткой. Многие, если и не все, надеялись, что очень скоро прилетят вертолеты, приплывут корабли, прилетят ракеты или разверзнется земля и оттуда появится поезд метро с улыбающимся машинистом.
