Экспедиционный корпус

— Что это, вашбродь?

— Средство против нагноения… оно еще официально не признано, но мне плевать… главное, что работает. На, присыпь остальным на раны.

— Есть, вашбродь.

Что до развития разыгравшегося сражения, то французы, выбив немцев из своих окопов, ломанулись в контратаку. Весьма удачно в том плане, что ворвались на немецкие позиции буквально «на плечах» бежавших немцев, практически не пострадав от артогня. Немцы разве что еще полчасика подолбили по французским окопам, когда немцы их оставили, а по нейтралке бить не рискнули, чтобы не смешать с дерьмом собственных солдат.

Французы, захватив немецкую первую линию, попытались развить наступление и атаковали второй рубеж обороны германцев. И там с ними произошло все то же самое, что с немцам в их атаке на франков. То есть сначала немцы хорошенько перепахали артогнем наступавших французов, а потом завязалось сражение в окопах.

Надо отдать должное франкам, они заняли довольно внушительный участок фронта во втором эшелоне, но на этом собственно все и закончилось.

Как итог, французы вынуждены были отступить, сначала на первый эшелон немцев, а потом и вовсе откатиться на собственные позиции. И все этот под артобстрелом."

"Вся эта беготня туда-сюда двух армий под артогнем и пулеметной стрельбой заняла три дня. Общий результат — отсутствие результата если не учитывать того, что обе стороны в этой локальной заварушке потеряли в среднем по пять тысяч человек, плюс куча раненых и сотни потерянных пленными.

Контратака французов после удачно разыгранной комбинации с поимкой противника в ловушку в виде атаки на «русский батальон» выглядела явной ошибкой, достаточно было просто перемолоть немцев на своей позиции, но… генералы похоже решили, что смогут добиться большего, посчитав, что у немцев нет резервов и сели в лужу.

— Ну и дебилизм… — только покачал головой на все произошедшее Михаил Климов, когда узнал обо всем уже находясь в госпитале от поступивших туда других раненых французских офицеров.

Правда провалялся он в нем всего четыре дня, что было даже много. Раны легкие и что важнее — не загноились, что очень удивило французских врачей, но Климов отбрехался тем, что сразу промыл их коньяком. Ну и будучи в госпитале тайно подсыпал раны порошочном.