Откуда ей знать о всяких тонкостях, о чем можно говорить в таких ситуациях, а о чем – нет?
– Я это понимаю, но все равно неприятно.
– Ложись, завтра пойдем смотреть на наших камрадов в домашних условиях, – сказал Джим и сам удивился сказанному. Что он ожидал увидеть?
Ночь прошла спокойно, не мешали даже крики ночных животных за окном и короткий шторм, разыгравшийся под утро в миллионах или миллиардах километров от станции.
С первыми лучами далекого солнца напарники проснулись и начали очередной учебный день.
Завтрак, загрузка амуниции, стрельбы, обед и «социальное общение», как назвал новое занятие полковник Фарковский. Десять бета-блоков были собраны в одну из штабных комнат, где Джим и Тони могли с ними пообщаться вдоволь, а заодно обсудить с полковником намечавшееся задание. Он уже заготовил несколько однообразных вариантов высадки на слабоохраняемые объекты противника.
– Сначала пообщайтесь, – предложил полковник и с отвлеченной миной принялся расхаживать между бета-блоками, которые стояли парами и имитировали беседу.
– Ну хорошо, – сказал Тони и, подойдя к одной из пар, спросил: – Тебя как зовут, парень?
– Пока никак, сэр, – басом ответил бета-блок, словно танк увешанный броневыми пластинами, но без вооружения – оно осталось в арсенальной.
– Теперь я буду звать тебя Уилл. Ты не против?
– Нет, сэр. Мне очень нравится это имя.
– Отлично. А ты будешь Джошуа или коротко – Джо.
– Спасибо, сэр. Теперь я буду – Джо.
– А как мы их будем различать? – усмехнулся Джим. – У них у обоих капральские нашивки.
– По маркировке. – Тони указал на тонкую дорожку цифр на предплечье боевого робота. – Маркировку мы не спутаем.
– Хорошо. Идем называть других, – согласился Джим. – Только теперь моя очередь.
– Не возражаю.
В конце концов они переименовали всех десантников подразделения и выяснили, что все они имеют не только разные звания, но и разные голоса, а также манеру разговаривать. Практически все неплохо играли в различные карточные игры, а также в шашки и шахматы, немного неуклюже переставляя их двупалыми манипуляторами.
Бета-блоки прекрасно ориентировались в субординации, рядовые скромнее вели себя в присутствии капралов, а те, в свою очередь, не высовывались в присутствии сержантов. При приближении Тони или Джима они вытягивались в струнку, а вот полковника Фарковского не замечали вовсе, как будто его в штабном помещении не было.
– Ну как, вам понравилось? – спросил он через полтора часа «социального общения».
