Об этом также удалось узнать из базы данных лечебного учреждения, но уже спустя много лет, когда бедняги не было в живых.
18
Из двери вышел очередной соискатель, виновато улыбнулся сидевшим в коридоре и поплелся к выходу. Табличка с надписью «Отдел кадров» вздрогнула, дверь снова открылась, появилась немолодая секретарша с обесцвеченными волосами и в слишком тесном для нее брючном костюме красного цвета.
– Следующий, а потом перерыв на обед, так что остальные могут пока погулять.
– А до какого часа? – спросил кто-то.
– Весь обеденный перерыв, чего непонятно-то? А расписание можете посмотреть внизу, в холле.
Приоткрыв дверь для очередного соискателя, секретарша так придавила его бюстом, что бедняга задохнулся от резкого, приторного запаха духов.
– Не бойся, не съем, – хохотнула она басом, когда они оказались в приемной, и ее припудренные ноздри затрепетали.
– Мне туда? – спросил молодой человек, поправляя одежду после внезапной атаки.
– Туда, – усмехнулась секретарша, занимая место за столом, заставленным пакетами с орешками и чипсами.
Соискатель толкнул дверь в кабинет начальника отдела кадров и немного удивился, не увидев перед собой насупленного мужчину с залысинами – типичного обитателя подобных кабинетов. Не было тут и широкого, во всю стену, стола, лишь стойка с аппаратурой, возле которой на крутящемся стуле сидела женщина лет тридцати пяти, в очках с белой металлической оправой.
Короткие, зачесанные за уши волосы, темный деловой костюм, тонкие пальцы сцеплены в замок, губы сжаты, в глазах почти презрение.
Ей предстояло отсеять очередного болтуна, доказав ему, что он не имеет на вакансию компании никакого права.
– Фамилия, имя?
– Александр Паскаль.
– Какой ужас.
– Что, простите?
– Вот это – Паскаль, ужасно.
– Почему? – спросил соискатель.
Начальница отдела кадров не сочла нужным ответить, быстро перебрав анкеты, она фыркнула, уже ничуть себя не сдерживая. Да и чего ради, если за полтора часа пришлось отбраковать семерых?
– У вас, я вижу, даже образования нет? – женщина с сомнением посмотрела на него поверх очков.
– Может, не будем играть этот спектакль и разойдемся по-хорошему?
– Нет, мэм, по-хорошему я не согласен, – возразил молодой человек, намеренно говоря ей «мэм», хотя она для такого обращения была еще молода.
– Ну, садитесь, – махнула рукой начальница и подвинулась, давая возможность наглецу занять место перед стойкой.
Тот сел напротив экрана, отображавшего кусок программного кода, и стал терпеливо ждать.
