"Дюжева Маргарита
Экзамены для феи
Пролог
Кого хочу я осчастливить — тому никак уж не спастись.
Аравита
— Вита! Заканчивай вафли сушить! — прошипела подруга ведьмочка Хесса, — копай, давай!
— Да копаю я, копаю, — с сожалением откинула в сторону гладкую черепушку и снова взялась за лопату.
Темно и холодно, как в заду у северного дракона. Непослушные пальцы еле удерживали черенок, но я копала. И остальные копали. Молча пыхтели, согнувшись над стылой землей, аж языки от напряжения высунули. Луна спряталась, ни черта не видать, кругом шорохи, от которых мурашки по спине, а внутри веселье безудержное кипело.
Нас пятеро. Я и девчонки — Хесса, Вини, Бланка и Коко.
Где может собраться пятерка сумасшедших подружек? Да еще и ночью? Конечно, на старом запретном кладбище! Среди полуразрушенных могил.
Что мы здесь делали? Ясен пень, искали ингредиенты для приворотного зелья! Выбрали идеальное время — полнолунная ночь, середина осени. Идеальное место — закрытое заговоренное кладбище, на которое проникли с помощью ведьмовского зеркала.
Все здорово! Перешептывались, пересмеивались, продолжая свое темное дело. Собирали корешки, косточки, комочки землицы заговоренной. А завтра как наварим целый котел волшебной жижи, и как начнем всех к себе приворачивать! Ух! Вот я там оторвусь! Есть у меня один субъект на примете, который нервы мотает почем зря! Вот на нем и опробую чудо-зелье. Девчонки тоже хихикали, фантазируя на эту тему. Кто декана поймать хотел, кто одногруппника, а кто и с магического факультета жертву подобрал.
Правда они там все ушлые, их так просто не напоишь — чуют зелье за милю, но от этого только азарт сильнее разгорался.
Небо затянуло плотными, тяжелыми облаками, и свет давали лишь голубые, тускло мерцающие грибы, покрывающие старые покосившиеся надгробья. Больше ни огонька — если нас заметят, то проблемы не оберемся. Столько штрафных баллов навешают, что отрабатывать замучаешься!
Копала я, копала, и тут раз, в земле что-то зашевелилось, закопошилось, пытаясь зарыться поглубже.
Ну я не растерялась. Хвать находку и ближе к надгробью, под свет.
— Что у тебя там? — прошептала чумазая Бланка, заглядывая через плечо.
— Сейчас узнаем.
Поднесла ближе к тускло пульсирующим грибам и увидела ногу. Страшненькую такую, сухонькую, наполовину истлевшую, с длинными почерневшими ногтями. Выкручивалась, пальцы растопыривала, вырваться пыталась. Живая. Вернее мертвая. Видать, упыря тут захоронили разорванного.
