Экзо

А это всего лишь боты, которые, по идее, не меняли генную карту. Так плавают себе в крови или еще где им заблагорассудится, занимаются своим делом, никого не трогают. Только попробуй начать очистку, и они начнут размножаться, выполняя свою, только им известную задачу.

Развилка.

Кто-то башковитый ведь думал над всей этой мешаниной. Создавал системы безопасности, внахлест одна на другую. Программировал боты на практическую неуничтожимость. Нужно ведь это все было кому-то. А теперь и не поймешь. То ли ты контролируешь свой организм, то ли твои гены – тебя.

– Привет, Пушок, – прошептал Дрей, наотмашь чиркая ножом и вскрывая артерии на шее первого. – Пока, Пушок.

В кассовой будке у грубо сбитого причала открылось окошечко и жуткая рука кассира вытянулась вперед – не за деньгами.

Доставщик прыгнул на начавшего заваливаться нано. Не для того, чтобы добить – из шеи хлестала артериальная кровь, после такого даже нано выживают плохо, – а просто для того, чтобы убрать труп с дороги.

– Привет, Бритый, – достаточно отчетливо произнес Дрей, одновременно обрушивая кулак на лысую голову второго и тремя короткими ударами выводя его из игры. Почка, сердце, шея. Три укола, боевая комбинация, которая позволяла вывести из строя даже противника, перекачанного ботами, даже нанозомби. Хотя зомби могли еще подергаться секунд двадцать, но не больше.

Счет душ продолжался. Мест в лодке всегда хватает, сколько бы касса ни оставалась открытой.

– Кожа, – коротко кивнул экзо, как бы здороваясь. Даже в неверном мечущемся свете падающих фонарей первых двух нано было видно, что у третьего явно что-то не то с дерматологией. Кожа была не просто плохой – она была темно-серой. Скорее, всего, очередной сбой в программе размножения какой-нибудь культуры наноботов. И получайте – красивый и здоровый цвет лица.

Дрей ударил ножом. Почка. Кончик лезвия обломился, как будто нож ударился о камень. Цветом лица новая нанокультура решила не ограничиваться.

Удар огрызком ножа в глаз. Ага, глаза не окаменели. Дрей отпустил рукоятку ставшего бесполезным ножа, отступил на шаг и пяткой вогнал нож в глубь черепа. Развилка была свободна.

Хаммер уже пробегал мимо, лишь мельком взглянув на оседавших на пол противников.