– Куда надо принести кровь?
– Зачем тебе это?
– Кровь придется смешивать так, чтобы Тьма не успела выжечь Скверну, – пояснил я.
– Я сам могу ее смешать, – предложил Дрозд.
– Валентин, пойми правильно, но твоя манера вести дела не выдерживает никакой критики. И меня не вдохновляет перспектива угодить на дыбу только лишь из-за того, что ты сделаешь все на пять минут раньше срока. Так где вы встречаетесь?
– Во дворце, – нехотя сообщил Валентин. – В резиденции его светлости.
– На закрытой территории?
– Да.
– Как ты туда попадешь? У тебя есть пропуск?
– Есть, но пропуск понадобится только для перемещения по дворцовой округе и на главных воротах. Шпики Пурпурной палаты знают меня в лицо, никаких пропусков, никаких паролей. Они пропустят только меня, и никого другого.
– Кровь будет проверять отец Вильям?
– Да.
– Другие экзорцисты там будут?
– Нет, только он один.
– А на проходной?
– Нет.
– Кто передаст кровь герцогу: отец Вильям или ты?
– Вильям лишь проверит наличие Тьмы и Скверны, его светлость примет меня лично.
– И с некоторой долей самодовольства Валентин добавил: – Таков уговор, я веду дела только с герцогом, а он только со мной. Ты не сможешь передать кровь с нарочным, без меня тебе не обойтись.
– Значит, ты в деле. – Я отлип от спинки пыточного сиденья, вытащил из своего дорожного мешка пустую бутыль из-под полынной настойки и попросил Хмурого: – Отправляйся в порт, попроси Сирлина наполнить своей кровью до половины.
Передай, что в случае отказа я попрошу его об этом лично, и тогда дело таким объемом точно не ограничится.
Но головорез не стал выполнять приказ и даже выразил свои сомнения вслух.
– Ты и в самом деле решил довериться этой сухопутной крысе? – кивнул он на Валентина.
Ничего не ответив, я выдернул свой дорожный сундук из-под ног вальяжно развалившегося на лавке Эдварда, откинул крышку и принялся копаться в шкатулке с ядами старой ведьмы.
Первым под руку попался пузырек с настоем рубинового оттенка, его убрал в карман, а вот знакомую бутылочку с прозрачной жидкостью зажал в кулаке и вместе с ней вернулся к обеспокоенному затянувшимся молчанием Валентину.
– Не волнуйся, мы все в одной лодке, – заявил я, потом встал за спиной усача и склонился к его уху. – Ведь так, Валентин?
– Так, – подтвердил Дрозд, – хоть мне и придется распрощаться с мечтой стать маркизом и главой дворцовой Охранки, но жизнь дороже.
