Да и с чего он вообще решил, что благородные господа, люди его круга, снизойдут до столь презренного занятия? Чем охранник – даром, что дворцовый, – лучше того же шпика или дознавателя? Это же не лейб-гвардия и не личная стража его величества. На рядовые должности рекрутеры и вовсе людей чуть ли не с улицы набирали. Не совсем с улицы, конечно, но, помимо решивших от безденежья устроиться на государеву службу дворян, хватало и отслуживших в армии простолюдинов."
"Та еще публика. Рауль внимательно оглядел подчиненных, не нашел, к чему придраться, и отошел от вытянувшихся по струнке парней к окну, несмотря на плохую погоду, распахнутому настежь.
Сегодня его людям поручили караулить холл, единственными достопримечательностями которого были запертые двери какого-то зала, аляповатого вида керамическая ваза да неплохой вид на осенний парк. Очень, очень важное задание.
Но граф уже не роптал. Не пытался доказать всем и каждому, что способен на большее. Не хмурился и не орал на и без того побаивавшихся нового командира подчиненных.
Нет, он молча смотрел в окно и прикидывал, в котором часу доберется от этого выстроенного на окраине особняка до съемной квартиры на другом конце столицы. По всему выходило, дома он опять появится только за полночь. А значит, в очередной раз не выспавшись, встанет на рассвете и отправится во дворец. Как обычно, получит дурацкое задание и будет весь день любоваться физиономиями подчиненных, один только вид которых уже нагонял на него смертную тоску.
Рауль еще успел порадоваться отсутствию на охраняемой территории праздношатающейся публики, когда в коридоре послышался стук каблучков. Сделав на него стойку ничуть не хуже охотничьей собаки, граф оправил шейный платок, пригладил усы и шикнул на тихонько болтавших о чем-то охранников. Те моментально прекратили трепаться и разошлись в разные стороны. Стражники вообще выполняли приказы нового командира незамедлительно: сразу после назначения граф Луринга не поленился вызубрить устав караульной службы чуть ли не наизусть, чем при необходимости и пользовался.
Улыбнувшись при виде появившейся в дверях невысокой брюнетки, Рауль галантно поклонился, но та не обратила на графа никакого внимания, будто его и не было. Начальник караула проводил стройную фигурку девушки задумчивым взглядом и тяжело вздохнул, мысленно проклиная свой нелепый наряд. Мышиной расцветки сюртук превращал его для молодых симпатичных барышень буквально в невидимку.
