– Работаем!
Показалось, что Мурекс не столь велик, как раньше, но Виталий Семёнович знал его возможности, и озадачивало его лишь поведение «машины судного дня», обладавшей великолепной защитой (даже ВСП-выхлоп не смог его уничтожить!), мощнейшим вооружением и сверхъестественными ходовыми характеристиками. Мурекс запросто мог уничтожать планеты, но по российским кораблям он почему-то ударил всего лишь плазменным разрядом.
Курту поиграть с нами захотелось? – пришла догадка.
Мурекс, высвеченный молнией, исчез.
И тотчас же раздался тот самый вопль, который едва не взорвал у космолётчиков «Дерзкого» мозги и уши! Конечно, звук был слышен только внутри корабля, так как в вакууме молекулы газов единичны, но от импульса, излучённого Мурексом, сотрясался весь космолёт, порождая тот самый звук, и спрятаться от него не было никакой возможности."
"Бил нимфианский «моллюск» не по фрегату, а по «медвежьей лапе», стреляющей молниями. Но досталось и землянам.
– Защита ни к чёрту… – просипел Альберт, ворочаясь в кресле.
– Почему мы это слышим?
– Защита включена, – расстроенно и одновременно с обидой возразила Фьоретта.
– Они используют какие-то иные физические принципы, – попытался успокоить девушку Андрей. – Вспомните «замерзатель».
– Сволочной звучок! Словно кожу сдирают!
– Держитесь! – сказал Бугров. – Эрг, постарайся не попасть под луч!
– Делаю всё что могу.
– Смотрите! – воскликнул Альберт.
Очевидно, выстрел Мурекса достал-таки противника, сформировавшего «медвежью лапу».
Растянувшееся на полсотни километров облако пыли засияло как солнце, превратилось в веретено и выбросило веер лучей, превративших нос веретена в красивый цветок. Один из лучей, самый длинный, дотянулся до места расположения нимфианского Вестника, и Мурекс снова сбросил невидимость, обретая форму призрачного моллюска.
– Огонь! – отреагировал Бугров, интуитивно выбирая цель.
Фрегат метнул РЭБ-волну и тут же вонзил в «моллюска» тонкую раскалённую иглу лазерного луча.
Но за мгновение до этого Мурекс исчез, и луч унёсся в пространство, никого не задев.
В следующий миг из темноты пространства в десятке километров от этого района ударил по фрегату алый пунктир энергетического импульса. И хотя защитное поле «Дерзкого» отбило импульс, экипаж почувствовал, что корабль содрогнулся, как бык под ударом дубины.
«Дерзкий» перешёл на ВСП-режим, прыгнул «на струну», возносясь над районом невиданной битвы.
Виомы прозрели.
