Восстановилось и освещение, и связь с камерами внешнего обзора.
Было видно, как Мурекс выметнул «икру» – горсточку сверкнувших бусин, оказавшихся боевыми модулями класса «Предейтер», за которыми погналась капля катера. Все они сразу устремились к куполу с компьютерами, и Головин понял замысел главаря нападения: роботы должны были добить охрану «трилистника» и взломать двери в зал. А пассажиры катера намеревались ворваться в зал и захватить «сундук Мертвеца», то есть скачать все файлы информационной базы Мертвеца, чтобы переправить их на Мурекс.
Счёт пошёл на секунды, и Головин выдавил только одно слово:
– Контра!
Это был приказ начать контратаку с учётом всех деталей нападения.
Корвет «Стерегущий» призрачной тенью выскочил из ущелья и нанёс удар по «баллону» Косфера из комплекса РЭБ «Красуха-К», а затем выстрелил из плазмера.
С поверхности Плутона стартовал в режиме ВСП крейсер «Ра» и открыл огонь по Мурексу с расстояния всего в десять километров. Сначала из такого же РЭБ-комплекса, что и корвет, вырубающего всю электронику, затем из лазерного «Солнцепёка».
"
"Обе атаки оказались для захватчиков полной неожиданностью, что говорило об отсутствии у них мощного стратегического мозга, способного просчитать все варианты схватки. Как предполагал Велиарий Анатольевич, разрабатывал операцию Шнайдер, а он хотя и обладал боевыми навыками, но всего лишь на уровне младшего офицера спецназа. Оценить возможности противоборствующей стороны ему было не под силу.
Даже обладая мощнейшими машинами прошлых цивилизаций, достигавших уровня «гасителей звёзд», немец не смог предугадать действия «проклятых русских», считая себя суперменом и «палачом человечества».
«Баллон» Косфера застыл на высоте километра над базой, объятый плазменным пламенем. Поэтому следующий выстрел «Стерегущего» отбить ему не удалось. Капитан корвета применил «нульхлоп», и от «баллона» длиной в два километра остались, безвольно кружась, лишь почерневшие «водоросли хвоста».
Мурекс оказался на высоте. В том смысле, что отбил атаку «Ра» и сам нанёс ему ответный удар, на сей раз из «замерзателя», против которого защиты у крейсера (да и любого другого корабля, будь он на его месте) не было. Даже завеса «абсолютного зеркала» не смогла нейтрализовать невидимый луч, превративший часть корпуса (к счастью – не затронув пост управления) в глыбу мёртвого «перемёрзшего» металла.
