Онлайн-библиотека книг
Неуверенно посмотрел на собеседницу: – Если ты, конечно, не передумала выйти за меня.
Она улыбнулась:
– Ты неоригинален. Мне предлагают выйти замуж чуть ли не каждый день.
Он нахмурился:
– Я серьёзно.
– Успокойся, не передумала. Просто в нынешние времена узаконенные отношения стоят мало.
– Не для меня.
– Хорошо, желание засчитывается.
– Тогда назначай срок.
– А ты когда хочешь?
– Да хоть сегодня.
– Через три часа ты улетаешь.
– Тогда сразу после возвращения. – Он накрыл её ладонь своей. – Может быть, это лишнее… но я люблю тебя!
Диана засмеялась, поцеловала его в щёку.
– Я тебя тоже. Копун знает это как никто другой. Помнишь, как мы бродили по его паркам?
– Ещё бы.
– Неужели это единственное твоё желание?
Дарислав собрался ответить, но к столу подошёл официант в коричневом костюмчике с белыми рукавами.
– Слушаю вас.
– Закажем?
– Мне латте и мороженое с карамелью, – сказала Диана.
– Мне россиано с горячим молоком и тройной порцией карамели.
Диана прыснула.
– Не жадничай.
– Я не жадничаю, просто люблю сочетание вкусов.
Кофе принесли через три минуты, и Дарислав вдруг заметил, что официант другой. До этого был совсем мальчишка, скорее всего, видеофантом, а подошёл мускулистый парень – косая сажень в плечах, и его взгляд, брошенный на Диану, отозвался в душе Дарислава неприятной царапиной. Показалось, что у молодого бородача, подтянутого, широкого, цепкого, мелькнула в глазах угроза. Парень отошёл, пожелав клиентам приятного аппетита, и Дарислав, подняв палец и останавливая заговорившую подругу, спросил у терафима:
«Оцени-ка официанта, быстро!»
Личный секретарь, чип которого был выращен под кожей на виске (все сотрудники СПАС-центра и ФСБ носили таких секретарей), ответил через доли секунды:
«Живой человек, девиант, на семьдесят процентов себе на уме, защищён, но выполняет не свойственную для него работу.
«С чего ты взял?»"
"«Суетится, делает много лишних движений, чего-то ждёт, с кем-то переговаривается.
«С чего ты взял?» – повторил вопрос заинтригованный Дарислав.
Терафимы создавались с зачатками личности, часто выносили близкие к человеческим эмоциональные оценки и ошибались редко.
«Настораживает, что работа для него не главное. И судя по моторике, он владеет рукопашкой».
«Самозащита?»
«Ох, едва ли, что-то чужое, типа капоэйры».
«Спасибо, дружище».
«Я бы на твоём месте подстраховался».
