Она всегда казалась ему глупой и нагловатой, но сейчас, глядя, как она переживает, пожалел и её и Романа, добродушного, открытого, веснушчатого, такого, каким Дэн увидел его в первый раз, ставшего марионеткой в чужой игре. Он уже догадался, что произошло дальше.
— И он сказал тебе об этом, чтобы ты ревновала, — подал он голос первым."
"— Да, а я сказала, — она потупилась, — неважно, что я ему сказала. А он видел, как я Вас с поезда встречала, и мы разговаривали, и Вы ещё шапку на мне поправили.
Она улыбнулась, и Дэн порадовался, что хоть эти воспоминания ей приятны.
— Что же он должен был сделать со мной и почему? – уточнил Дэн.
— Уколоть Вам это лекарство, потому что бабка очнулась.
— Я что должен был умереть? – спросил Дэн спокойно, но неприятный холодок всё же пробежал по его спине.
— Нет, конечно! – возмутилась девушка и обиженно выпятила свои накрашенные розовой помадой губы. — Просто всё забыть.
— Что забыть? – не понял Дэн.
— Ну, всё, — не знала девушка, как сказать яснее. — Про бабку, про меня, может быть вообще про эту деревню и эту работу.
Точно Ромка не знал. Я потому и спрятала этот шприц, потому что испугалась, что это Вам серьёзно навредит. Но я понятия не имела, что у него был этот пистолет, и что его совсем сорвёт с катушек.
— Странно, мы же провели с ним вместе целый день, — ответил Дэн. — И он показался мне дружелюбным, открытым. Мне трудно даже представить, что уже тогда он собирался мне как-то навредить.
— Он и не собирался, — ответила Алиса, — Вы ему нравились.
Он даже сказал, что плевать ему на этого психиатра, пусть он сам разбирается, если ему надо, а Вы – хороший парень, правильный.
— Но что-то пошло не так? – нахмурился Дэн.
— Да, и наверно, это я сглупила. Я сказала, что мы давно уже с Вами тайно встречаемся, а он шутил, что тогда начнёт явно встречаться с Евой. Я же понимала, что он мне назло. Но я тоже не унималась. В-общем, после похорон, что-то с ним произошло, — и в голосе девушки появилась тревога. Тревога и страх. — В-общем, он прибежал после похорон с совершенно безумными глазами и начал искать этот шприц, и всё повторял «Сука! Сука!».
Но я шприц не отдала, и он меня ударил. И пока я плакала, и прикладывала к лицу лёд, его и след простыл. А потом я узнала, что он пистолет где-то взял и в Еву выстрелил.
Она замолчала, глядя куда-то мимо Дэна.
— Только знаете, — и взгляд её с непониманием уставился в его глаза. — Он ведь не хотел в Еву стрелять. И «сука» он говорил про Вас.
