Её блестящий самоуверенный план спасения женщины только что провалился. Анна Гард была беременна, и эта маленькая жизнь внутри Евы только что ожила вместе с ней.
— Ева! — кричала ей из-за двери Изабелла, но она её не слышала. — Ева!
Дверь открылась и, увидев её на полу, девушка кинулась ей на помощь.
— Ты упала? Ударилась? – она встала перед ней на колени, пытаясь получить ответы на свои вопросы.
— Нет, со мной всё в порядке, — улыбнулась она ласково, поправив рыжую прядь волос Изабелле за ухо, смутив этим девушку.
— Всё в полном порядке. И кажется, нам пора что-нибудь выпить. Бокал сухого красного вина. А лучше шампанского! Брют!
— Ева, ты не любишь брют, — напомнила Изабелла и помогла ей подняться.
— Правда? – удивилась Ева, — А мне кажется, просто обожаю. И знаешь, я невыносимо хочу есть.
Глава 23. Марта и Тео
В столовую Замка Кер лысым сёстрам полагалось приходить только после того как все поедят. А если в то время, как они уже начинали есть, прибегал какой-нибудь опоздавший, они обязаны были встать и выйти, и продолжить свою трапезу только после того как убедятся, что столовая пуста.
Это было унизительно, но, унижение — это и была основная часть их наказания, поэтому никто из них не роптал.
Находились даже те, кто им завидовал. Ещё бы! Ведь как бы тяжело они не были наказаны — у них было тело, они чувствовали вкусы и запахи. И на самом деле это было зря — еда в столовой была отвратной. И противная, худая как сушёная вобла повариха любила своих посетителей ещё меньше, чем они любили её еду.
"
"Как вообще могла работать поваром женщина, которая недовольно морщилась даже от запаха воды и ненавидела готовить, Агата никогда этого не понимала. Но её мнения никто не спрашивал, и есть приходилось то, что дают.
К слову сказать, Агату повариха любила даже меньше, чем готовить, поэтому всегда норовила подсунуть ей самые худшие куски под видом того, что больше ничего не осталось: засохший хлеб, суп без единого кусочка мяса, подгоревший рис на гарнир и кусок рыбьего хвоста на второе.
И редко когда Агате удавалось это съесть за один присест, пару раз обязательно нужно было встать и выйти. Но это была единственная доступная ей еда — деваться было некуда.
С того дня как они подружились с Беатой и научились общаться с помощью Лулу они стали ходить в столовую вместе. И Агата узнала, что приветливая и улыбчивая Беата сумела расположить к себе хмурую повариху.
