Ничего не понял из текста, однако картинки хорошо рассмотрел и даже попросил сделать копию одной страницы. Глядите.
Вайриан сунул нам под нос лист с изображением еще одной целующейся парочки в традиционных одеждах кочевников, и тоже над головами у них зависла радуга.
— То есть получается, это не какая-то исключительная особенность канонических изображений влюбленных, принятых у тех, кто верит в Создателя, — заключил названный брат Лады. — Мало того, во многих книгах нет картинок целующихся пар, либо есть, но без радуги над ними.
— Я ничего не понимаю, — покачала головой моя невеста, — к чему ты все это говоришь? Что это за радуга? Думаешь, это какая-то магия?
— Понятия не имею, но раз вы оба здесь, предлагаю эксперимент! — широко улыбнулся Вайриан, — Вы целуетесь, а я смотрю на вас магическим зрением!
— Мы что для тебя подопытные кролики? — сощурилась Ладмила.
— Нет, что ты! Это просто маленький экспериментик! — убеждал мальчишка, — считай, что поцелуй — тренировка перед свадьбой. Вам же придется целоваться на публику? Чтобы меньше стесняться, сейчас попробуете, и на свадьбе будет легче!
Ладмила колебалась, но лично мне идея о тренировке показалась здравой.
Я тоже побаивался целоваться на публику, нет, не стеснялся, а именно побаивался. С Ладой очень сложно вовремя остановиться. Не хотелось бы, чтобы обо мне думали, что я — желторотый юнец, не способный держать свои желания в узде. Хотя в отношении Лады именно так я себя и чувствовал: как двадцатилетний подросток, который исходит слюнями на девушку.
— Давай попробуем? — тихонько шепнул я на ухо невесте. Лада вздрогнула и прерывисто вздохнула, а у меня от предвкушения пересохло в горле. Как она чутко реагирует на самые невинные ласки.
— Хорошо, если ты не против… — тихо сказала моя невеста, повернувшись ко мне.
Конечно, не против! Я жажду этого поцелуя, как путник глоток воды в пустыне. Лада снова нежно погладила меня по щеке. Ее губы так манят, дрожат реснички на веках, когда она прикрывает глаза и тянется ко мне.
Какие сладкие губы, мягкие, податливые. Моя Лада. Исчезает скованность в ее движениях, нежность переплавляется в страсть.
Хочется пойти дальше, стать еще ближе, но я слегка отрываюсь от ее губ. Надо остановиться, пока соображаю, что делаю. А Лада не хочет разрывать поцелуй, она тянется за моими губами. Сложно оторваться, когда столько дней только и мечтал хотя бы просто о поцелуе, когда во снах видишь ее в соблазнительных платьицах, когда слышишь ее тихий голос.
