Мне хотелось знать, что же такого сделала Лада, что ее резерв опустел.
— Когда я решила поправить память Тириону, то поняла, что твой отчим болен. Еще немного и он сорвался бы, — она тяжело вздохнула, а потом продолжила. — После издевательств Халисари у Тириона начались кошмары, которые с каждым годом становились все реалистичней. Он старался спать как можно меньше, но это лишь ухудшило его состояние. Не спать по нескольку суток — не выход. Грань между реальностью и сном стала для него призрачной. Сначала он начал слышать то, чего нет, а потом и видеть.
Некоторые лекарства, которые он пил в тайне ото всех, ненадолго снимали симптомы, но тут надо убирать причину, а не следствие. Скоро он стал бы бросаться на людей, потому что ему что-то привиделось. Невозможно предсказать, когда именно такое случилось бы.
— Мы замечали за ним странности, но не знали, что все настолько серьезно, — я помнил, как год назад, Тирион вдруг стал разговаривать с невидимым собеседником. Сначала мы решили, что он — пьян, но чуть позже выяснилось, что отчим ничего не пил.
— У него тяжелый характер.
— Еще бы он был легким, если Тириона уже много лет преследуют кошмары, — невесело усмехнулась Лада. — Пришлось искать причину, а потом делать так, чтобы воспоминания не были такими болезненными. Я не так много магии потратила, но его эмоции меня истощили. Столько ненависти, боли и зла. Пыталась отгородиться, но не все получилось.
— Погоди, так у тебя не резерв опустел?
— Нет. На такие манипуляции тратится не так много магии.
Тут важнее опыт, а не сила дара. Но поскольку у меня возросли способности, то и чувствительность я стала выше. А некоторые его воспоминания даже мельком просматривать страшно.
Лада ненадолго замолчала.
— Ты мне вчера рассказывала, что лечат обычно ментальные маги со слабым даром, — вспомнил я. — Это еще и потому, что их чувствительность меньше?
— Верно! Обычно во время вмешательства в психику ставят блок от эмоций, но мой слетел, а я еще не сразу это заметила. Хотела сделать побольше, чтобы Тирион хотя бы сегодня мог спать без кошмаров, — призналась жена.
— Для любого менталиста важен эмоциональный настрой, а после лечения Тириона, я задыхалась от того негатива, что хлебнула от него. Вот и решила перебить плохие эмоции хорошими. А удовольствие от… хм… супружеского долга перекрывает, кажется, все на свете.
Как же притягательна она становится, когда смущается и когда не смущается тоже. Лада, кажется, меня привлекает вообще всем, что в ней есть.
